Книга Кречет. Книга 1-4, страница 418 – Жюльетта Бенцони

Он сорвал с себя маску, бросил ее на землю.

Бой разгорелся с новой силой во дворе. Два человека бились спина к спине, один защищая другого. Раненный в правую руку, Жиль дрался теперь левой. Он получил еще две раны и чувствовал, что слабеет. Он потерял много крови. Д'Антрэги послали против него целую армию. Перед ним было такое скопище шпаг, что ему казалось временами, что это какое-то змеиное кишащее гнездо, в которое он неутомимо втыкал свою шпагу. Жильдас тоже дрался, как лев, и Жиль удивлялся тому, как этот мальчик, отведавший уже галер, научился владеть шпагой. Вокруг них снег покраснел от крови и был устлан телами.

— Попробуем вырваться на улицу! — прошептал Жиль. — Там мы можем найти помощь.

Прорвавшись, они устремились к коридору.

— Эй вы, там! — закричал д'Антрэг. — Они же уйдут от нас!

— Деритесь сами, подлый трус, делайте сами вашу грязную работу, а не заставляйте ее делать ваших наемников! — вскричал Жиль, оборачиваясь и преграждая дорогу трем шпагам и защищая отход Жильдаса.

Еще раз удар его шпаги вызвал вой боли одного и крик ужаса у другого.

— Это не человек! Это дьявол!

— Черт тебя побери! — воскликнул шевалье, проткнув ему грудь.

Падение этого тела дало ему короткую передышку. Он пробежал по коридору так быстро, как позволяли ему все тяжелевшие ноги. И в тот момент, когда он проходил через боковую дверь, которую он заметил еще при входе в дом, эта дверь открылась, появился человек с кинжалом в руке. Кинжал вонзился в спину. Жиль испустил приглушенный крик, колени его подогнулись, но он все же не упал. Шатаясь, он вышел на улицу и упал прямо на руки Жильдасу, который видел все это и успел убить человека с кинжалом.

Глаза Жиля остекленели. Он видел лицо юного бретонца, как в тумане. Жиль попытался улыбнуться.

— Я мертв! — прошептал он. — Прощай, друг мой!

И, выскользнув из обессиленных рук юноши, он упал лицом в снег, как раз в тот момент, когда д'Антрэг с оставшимися еще людьми выскочили из этой смертельной мышеловки, которую они устроили для Кречета.

— На помощь! — закричал Жильдас во весь голос. — На помощь! Ко мне!

Удар шпаги поразил его в плечо. Он тоже получил множество ранений, но ни одно из них не было смертельным. Теперь он понял, что одному ему не выдержать такой схватки. Тогда он с притворным хрипеньем, не ожидая, что все набросятся на него, скользнул на землю, прикрыв своим телом тело шевалье, изо всех сил молясь, чтобы нападавшие поверили, что он мертв, и не пытались его прикончить.

— Они оба мертвы! Бежим отсюда! — произнес кто-то.

— Лучше было бы удостовериться в этом! — обрезал его холодный голос д'Антрэга. — Ударьте еще раз!

Но крики юноши всполошили улицу. Окна открывались, застучали ставни, из окон высовывались люди. Люди звали охрану.

— Нет больше времени. Надо бежать. Здесь близко пост охраны у ворот Сен-Дени.

И они устремились по улице, занесенной белым снегом, похожие на мрачных ворон, таща за собой раненых, избегая освещенных мест. С неописуемым облегчением Жильдас понял, что он спасен, и с трудом поднялся, моля Бога, чтобы тяжесть его тела не унесла последнее дыхание жизни из этого большого тела человека, которого он хотел спасти. Ему хотелось заплакать, но он не смог этого сделать, он пытался молиться, но не находил слов. Стоя на коленях в снегу, он не чувствовал ни холода, ни даже своих ран. Он был настолько истощен, что ноги и руки отказывались повиноваться ему. Не было сил даже звать на помощь.