Книга Кречет. Книга 1-4, страница 453 – Жюльетта Бенцони

Признаюсь, было из-за чего.

— Стало быть, ты не выходила из комнаты потому, что ты все слышала? А почему ты боялась показаться? Ты же могла сойти за одну из горничных и спокойно удалиться вместе с прислугой.

— Нет. Это было невозможно. Если бы я вышла, то я бы пропала.

Она теснее прижалась к Жилю. Тот почувствовал, что она вся дрожит.

— Ты еще боишься! — прошептал он ей, вновь покрывая ее заплаканное лицо поцелуями. — Ты все еще плачешь! Что я могу сделать для тебя?

— Ничего, ничего, любовь моя! Надо, чтобы ты знал, что из моей комнаты я могла не только слышать, но и видеть всех людей, которые были с графиней. Там был один человек, один отставной полицейский. Я его слишком хорошо знаю. Когда я его увидела, я едва не упала в обморок.

— Кто же это был?

— Это был мой брат!

— Твой…

— Да, это был Морван.

На минуту воцарилось молчание. В душе Жиля поднималась едкая волна ненависти, перед ним предстало грубое лицо младшего из братьев Сен-Мелэн. Стало быть, человек, которого он обещал себе отыскать и отправить в ад к Тюдалю, находился в Париже. Может быть, он уже и сталкивался с ним, но не узнавал.

Чувствуя, что Жюдит по-прежнему дрожит, он погладил ее по голове и заставил себя успокоиться.

— Это же отличная новость! Он служит в полиции, мне легко будет его найти.

— А что ты собираешься делать?

— Просто убить его. Ведь пока он жив, ты не сможешь обрести спокойствие. Я не хочу больше видеть эти глаза испуганной лани. Я люблю тебя, Жюдит. Ты — вся моя жизнь, и я хочу, чтобы я был — твоим. Между нами нет места таким, как этот презренный Морван. Забудь о нем сейчас, подожди немного, тогда забудешь и навсегда. А чем же закончилась эта история? Как тебе удалось выбраться из этой мышеловки?

— Через крышу. Над комнатой графа есть чердак, на который можно взобраться по маленькой внутренней лесенке. Я поднялась по ней, а потом по водосточным трубам, ну совсем, как кошка, но кошка, умирающая от страха, мне удалось перебраться на крышу соседнего дома. К счастью, сейчас лето. Я пробралась через какой-то захламленный и грязный чердак. Там я поранила руку задвижкой двери. Мне удалось найти лестницу, и я наконец выбралась на улицу. Там я бежала, бежала до тех пор, пока не смогла найти фиакр, который довез меня до Версаля. Кучер оставил меня у ворот города, он спешил вернуться в Париж. И я должна была отыскать эту проклятую улицу Ноай. Мне уже казалось, что я ее никогда не найду, я была так измучена, и мне было так страшно. На каждом шагу мне казалось, что вот-вот сейчас я повстречаюсь с Морван ом.

— Ты его больше не увидишь! Я сделаю для этого все, что надо. Но ты заплатила кучеру? У тебя были деньги?

В первый раз в этом доме он увидел в ее больших глазах радостный свет.

— Да! Я богата, представь себе. Ну, скажем, довольно богата. Посмотри!

Она приподняла низ своего платья, расшитую нижнюю юбку. Внутри был вшит большой полотняный карман. Из него она достала толстую пачку банкнот и мешочек с золотом. Она бросила все это на постель.

— Что это?

— А это то, что было в шкатулке Серафины.

Восковая печать — это же не слишком прочно.

Это научит ее, как делать вид, что она обо мне забыла. Я ей оставила ее бриллианты.

— Ну, хорошо, а твой добрый граф Александр?

Это же его деньги.