Книга Кречет. Книга 1-4, страница 578 – Жюльетта Бенцони

Один из итальянцев опустился перед ней на колени и попытался привести в сознание.

— Сударь, если вы ее убили, ответите головой! — воскликнул он, поднося к лицу Жюдит ароматическую соль.

— Не волнуйтесь, она уже дышит. Это обычный обморок.

— Кто знает… Эй, уксус, салфетки! Позовите горничную! Госпожу де Керноа надо перенести в ее комнату!

Безжизненную Жюдит слуги перенесли в спальню, туда же побежала взволнованная горничная.

Небольшая группа игроков и прожигателей жизни с любопытством и хладнокровием наблюдала за развитием скандала, как если бы события разворачивались не в салоне дамы полусвета, а на сцене театра. Для этих людей госпожа де Керноа была лишь приятной хозяйкой, роскошной и любезной, страсть к игре убила в них все человеческие чувства, кроме, возможно, любопытства. Вот и теперь, они не спешили вернуться к карточным столам, не без основания надеясь увидеть еще что-нибудь интересное.

Действительно, итальянец поднялся, машинально отряхнул колени и подошел к Жилю, безучастно смотревшему, как уносили Жюдит.

— Поговорим о том, что касается только нас двоих, господин оскорбитель женщин! Керноа сегодня нет дома, как и господина Лаборда, лучшего друга несчастной женщины, но их заменю я.

Добавлю, что я очень силен во владении любым оружием и рассчитываю вас убить.

— Пожалуйста, не стесняйтесь. Но прежде чем вы получите это удовольствие, я хотел бы узнать, кому несуществующая добродетель обязана защитой? Вы что, один из совладельцев или только кандидат на титул?

— Вас не касается! Я принц Караманико, полномочный министр Его Величества короля Обеих Сицилий. Я думаю, этого достаточно… Я во всеуслышанье заявляю, что вы подлец и негодяй!

Вы будете драться?!

— Ну что ж, вы именно тот человек, которого мне хотелось убить. Дуэлью больше, дуэлью меньше, мне безразлично, ибо, предупреждаю вас, я тоже силен во владении оружием.

Широкая улыбка открыла белые безупречные зубы итальянского принца.

— Правда? Вы мне доставите истинное удовольствие, на свете ценны лишь две вещи: достойный противник и красивая женщина. Господа, — добавил он, обращаясь к толпе любопытствующих игроков, — здесь вам больше не на что смотреть, возвращайтесь к вашим играм. Продолжение сегодняшнего скандала касается только этого человека и меня, и вы напрасно думаете, что мы начнем вспарывать друг другу животы прямо здесь.

— А почему бы нет? — спросил Жиль. — В саду нам будет вполне удобно.

— Несомненно, но если вам нравится драться в саду, то я бы предпочел мой сад. Я живу на Шоссе д'Антен в двух шагах отсюда. Нам там никто не помешает. Согласны?

Жиль не успел ответить, между противниками встал Джон Поль-Джонс.

— Господа, вы увлеклись, дуэль невозможна.

Подумайте о ее последствиях. Посольская миссия — это территория иностранного государства, и дуэль там равносильна объявлению войны…

Принц пожал плечами.

— Я уже имел честь встречаться с господином Джефферсоном, он мудрый и уравновешенный человек, он вряд ли будет защищать сумасшедшего только потому, что этот сумасшедший его земляк.

— Вы говорите так, совершенно не зная нас, американцев, — закричал моряк, гордо выпрямляясь во весь свой маленький рост. — Мы солидарны, и это дало нам возможность отстоять свободу и победить! А господин Джефферсон станет защищать любого из нас, пусть он будет хоть сто, хоть тысячу раз не прав, как капитан Воган сегодня. То, что вы сделали, — обратился Поль-Джонс к Жилю, — возмущает меня сверх всякой меры. Я ввел вас в этот дом, вы покрыли меня позором, оскорбив госпожу де Керноа. Я тщетно пытаюсь понять причину вашего странного поведения.