Онлайн книга «Кречет. Книга 1-4»
|
«Конечно, он никакой не Керноа, — думал Жиль, — факты не сходятся, а факты упрямая вещь. Но Жюдит поверит только доказательствам, а их у меня пока нет. Необходимо узнать, кто же на самом деле этот оживший покойник. Только после того, как я узнаю всю его подноготную, я убью его и клянусь, он умрет от моей руки! Возможно, Жюдит будет плакать и даже никогда меня не простит, но, по крайней мере, я избавлю ее от ада, в котором она живет.» Он быстро перелез через стену и оказался на дороге, где Мерлин, поджидая его, коротал время, обгладывая кусты. Спокойным шагом, стараясь не привлекать к себе внимания. Жиль выехал на Шоссе д'Антен и направился в сторону Версаля. Но, вместо того чтобы подгонять коня, он теперь все замедлял и замедлял его шаг. Причина была в том, что Турнемин не знал, как поступить. Его первым побуждением было мчаться в Версаль, к королю, рассказать о новых ужасных планах графа Прованского. Но Людовик XVI мог и не обрадоваться внезапному появлению человека, которому он так искусно помог умереть. А самое главное, вмешательство короля не спасло бы королеву. Никакие запреты не могли остановить Марию-Антуанетту, и, если уж она захочет побывать у Королевы Ночи, она обязательно у нее побывает. Кроме того, раскрыть заговор королю — значит подставить под удар Жюдит. Каким бы обманутым и оскорбленным ни чувствовал себя Турнемин, такой поступок он считал недостойным дворянина. Впрочем, еще есть время, беременная на восьмом месяце королева не выходила, не давала аудиенций и принимала только самых близких друзей. Надо действовать скрытно, через какого-нибудь верного человека сообщить ей об опасности и предупредить, чтобы она ни под каким видом не дала себя завлечь на улицу Клиши. Кстати, что говорил Керноа? Он говорил об отъезде Ферсена, он говорил, что Ферсен единственный человек, способный заставить слушаться Марию-Антуанетту… Вместо того, чтобы повернуть коня к аллее Конферанс, Жиль погнал его в сторону Сен-Оноре. Ферсен квартировал у графини де Лятур и скорей всего в такой ранний час должен был находиться дома. Возможно, он еще спит — не беда, Жиль уже не раз вытаскивал его из кровати. Но, к большому удивлению Жиля, Аксель уже встал. Одетый в домашнее платье, он сидел за столом и собирался приступить к завтраку. Турнемин ворвался в комнату, не дав Свену — преданному слуге и секретарю молодого шведа — объявить о своем приходе. — Хвала Господу, ты еще здесь! — вскричал Турнемин, увидев друга. Повернувшись на стуле, Ферсен посмотрел на него удивленно и с некоторым раздражением. — Когда, в конце концов, ты бросишь привычку сваливаться на голову, словно черепица с крыши при сильном ветре. Конечно, я еще здесь! Я покидаю Францию только двадцатого… — Ты едешь в Швецию? — Да, но сначала в Англию. Да… но почему ты снова стал самим собой? Решил воскреснуть? — Капитан Воган с некоторых пор превратился в опасного субъекта и решил исчезнуть. А если я свалился тебе на голову не вовремя, то… — Что же? — То я прошу у тебя извинения… — Невероятно! Ты становишься цивилизованным человеком?! — Перестань острить. Мне не до смеха. Я пришел сюда, потому что ты мне нужен. — Я в этом ни на минуту не сомневался. Кого на этот раз ты хочешь спасти? — Королеву, опять королеву! Но, если ты считаешь, что я злоупотребляю… |