Книга Любовь и замки. Книги 1-2, страница 112 – Жюльетта Бенцони

Ущелье, по глубокому дну которого проложены шоссе и железная дорога, служит проходом в горном массиве юрского периода. Эта дорога, расположенная между отвесными скалами, считается кратчайшим из путей, соединяющих Бургундию с Лозанной и со швейцарским берегом озера Леман. Это дикое место красиво благодаря ритму отвесных скал, украшенных кипами черных сосен. Выше сосен над ущельем, нависает замок Жу, хранящий воспоминания о временах древних римлян, история которого теряется во мраке столетий.

Проход в швейцарские земли всегда считался важным. Он был известен еще римским легионерам, а позже — воинам бургундских герцогов. Конечно, была необходимой и охрана этого места, и потому там, наверху, во все времена были крепостные стены, наблюдательные глаза защитников и сильные руки, всегда готовые к битве.

Вначале хозяевами этих мест были римские полководцы, потом — предводители варварских племен — в тех случаях, когда они были достаточно сильны, чтобы избежать участи пленников страшного замка. После римлян — короли Жу:

— «самое дикое племя из тех, что владели этими скалами», — пишет графский историк Эдуард Клерк. «Ничто не могло образумить этих диких бургундцев, угнетателей слабых, вооруженных до зубов, конных и пеших…» Следы их пребывания в замке, видимые и осязаемые, до сих пор вызывают ужас у посетителей. Склонимся над гигантским колодцем замка, глубиной в 446 футов (144, 50 метров), прорезанным в скале, чтобы доставлять необходимую воду. Он вырублен в скалах человеческими руками. «Он сделан, — пишет Луи Мартин, — руками несчастных людей, оторванных от домов и погруженных в темноту скал, которые, находясь в постоянной опасности, перегруженные работой, постепенно теряли надежду увидеть солнечный свет».

Колодец уже существовал во времена первого крестового похода, когда одной женщине пришлось испытать на себе весь ужас этой черной ледяной дыры, чтобы признать свой любовный грех. В те времена властителем Жу был Амори III. Подобно своим предкам, этот дикарь был чувствителен к страданиям ближних, однако обо всем забывал, как только речь заходила о спасении его души. Когда проповедь святого Бернара о крестовом походе прозвучала среди полей Везелэ в рождественские дни 1145 года, отголоски этой проповеди, достигли до древних скал, чтобы поразить сердце короля Жу.

Тот, под чьим покровительством процветал грабеж и разбой, так что купцы предпочитали все трудности горного путешествия удобной и короткой дороге через ущелье, увидел в крестовом походе хороший способ уладить отношения с Господом. К тому же, он вовсе не был бесчувствен к картинам, которые рисовало воображение при словах о золотом Востоке. И он отправился в поход, оставив дома молодую красивую жену, Берту Ауксонскую, и сына, которого она ему недавно подарила.

Не стоит думать, что Берта с радостью от него избавилась. Конечно, Амори был груб, но в этом он не отличался от своих современников. И потом, ему нельзя было отказать в некотором очаровании. Итак, Бланш безутешно рыдала, пока ее господин не скрылся за горизонтом, а потом принялась терпеливо ждать. Ожидание затянулось на семь лет, по истечении которых она наконец решилась облачиться в траур. Из Святой земли приходили поистине противоречивые новости: одни говорили, что Амори убит в бою, другие — что он неплохо устроился под крылышком некоей сказочно богатой сарацинки. Берта могла считать себя вдовой и действовать по обстоятельствам.