Книга Любовь и замки. Книги 1-2, страница 389 – Жюльетта Бенцони

Оставаясь верным традиции благотворительности, к которой всегда имела склонность его семья, последний принц Шале завещал замок городу, чтобы он послужил пристанищем для престарелых.

Построенный Франсуа Мансаром для самого скромного и трудолюбивого из секретарей Людовика XIV, Пьера Меро, замок Шамаранд — сооружение из розового кирпича и белого камня — жил в достойном спокойствии и тишине до тех самых пор, пока его владелицей не стала одна прехорошенькая женщина, сумевшая превратить этот любезный и гостеприимный дом в преддверие ада для собственного мужа. Сам муж, Виктор Фиален де Персини, не являлся ни дьяволом, ни святым, ибо он был хозяином Второй Империи и самым преданным другом императора Наполеона III.

Людовик Наполеон — всего лишь принц-президент, когда в часовне Елисейского дворца он присутствует на свадьбе своего верного Персини с одной из самых восхитительных девушек Империи Эгле Ней де ля Москова, внучкой знаменитого маршала Нея и банкира Жака Лафитта. Словом, она олицетворяла собой великолепное слияние славы и капитала наполеоновских времен.

В свои восемнадцать лет (мы находимся сейчас в 1852 году) Эгле представляет собой изысканную, яркую блондиночку со светлыми небесными глазами, ни с чем не сравнимым свежим цветом лица, восхитительной фигуркой и… легким жеманством, которое кажется очаровательным в ее годы. На фоне этой красоты и свежести сорок четыре года Персини проступали довольно четко, хотя невеста и заявила, что влюблена без памяти в его соблазнительную зрелость.

Это довольно редкая вещь — брак по любви, и Елисейский дворец служит для нее прекрасной оправой. Но лишь отыграли праздничные скрипки и началась повседневная жизнь, бедняга Персини начинает понимать, что более испорченной и невыносимой девчонки, чем его Эгле, не сыскать и в целом свете. Но подлинные несчастья настигают его тогда, когда он в 1855 году получает пост французского посла в Лондоне.

Эгле, только что подарившая жизнь (хотя и без особой охоты) маленькой девочке, воспринимает страну за Ла-Маншем как свое собственное завоевание. Более всего опасаясь одиночества, она привозит с собой для личных нужд всех секретарей супруга, затем, как только чувствует, что муж собирается ей в чем-либо отказать, устраивает ему ужасные сцены. Кроме всего прочего, она тратит деньги направо и налево, периодически ставя Персини в катастрофическое финансовое положение. Но, что самое страшное, она частенько ставит под угрозу дипломатическую карьеру мужа. Когда же их присутствия требует Виндзор, Персини вручает свою душу и свое посольство Богу.

Да, у королевы Виктории не скучалось. Однако невозможно и представить себе тот эффект, который был произведен, когда, например, однажды, опоздав на обед к королеве, мадам де Персини в качестве объяснения заявила, что задержалась в зоопарке, наблюдая за поглощением пищи удава. Или, представьте себе вечер, на котором она, заметив на другой женщине наряд, идентичный собственному, бросилась к бедняжке и со всего размаху отвесила ей пощечину, а затем выбежала на улицу, ругаясь при этом как извозчик. К счастью для Персини, его прежде всего ценили за прекрасную и добросовестную работу.