Книга Марианна. Книги 1-6, страница 137 – Жюльетта Бенцони

Обеспокоенный ее молчанием, Феркок хотел продолжить разговор. Но она жестом остановила его.

— Нет! Больше ничего не говорите. Мне надо спуститься вниз, и времени у меня нет. Знайте только одно: что бы вы ни думали, я здесь не ради князя. Доброй ночи, господин Феркок!

Он попытался еще задержать ее.

— Мадемуазель… еще минутку. Если я вас обидел…

Но Марианна уже не слышала его. Момент неожиданной близости прошел. Нагнувшись через перила, он наблюдал, как она скользила по лестнице, стремительная и легкая, как радужная тень, не понимая, что сердита больше на самое себя, чем на него, Марианна убегала от того образа, в котором ее хотели представить, и от своей собственной слабости. Эта неожиданная любовь могла быть приятной и безмятежной. Зачем же он растоптал ее свежесть оскорбительным подозрением? Неудачник?.. Неужели мужчины делятся только на три категории: циники, грубияны и неудачники? Неужели никогда не встретить того, кто будет совсем другим?

Затянутый в белое, лакей отворил перед нею вделанную в панель большого зала дверь, избавлявшую от необходимости проходить через парадный двойной вход. Волна света, тепла, аромата духов и музыки ударила в лицо девушке. Под бесчисленными свечами гигантских хрустальных люстр, украшенный большими букетами тюльпанов цвета зари, привезенных ранним утром из Валенсейских оранжерей, зал сиял во всем своем блеске. Шум веселых разговоров, подчинявшихся ритму небрежных взмахов вееров, и шорох шелковых шлейфов по коврам наполняли его, заглушая невидимые скрипки. Платья и бриллианты сверкали. На фоне белой формы русских или австрийцев, подтверждавшей европейское гостеприимство князя, Марианне бросился в глаза расшитый золотом красный мундир маршала Империи, и она узнала львиную голову Нея, герцога Эльшингенского. Она также увидела полулежавшую в шезлоге герцогиню Курляндскую в розовом тюрбане с эгретами и сидящую перед высокой, худой женщиной, — болтливой графиней Кильманзег, — Доротею де Перигор, сделавшую ей дружеский призывный знак. И, наконец, прямо перед собой — Талейрана, наблюдавшего за ее приходом. Ее взгляд, привлеченный вначале князем, величественным и мрачным в черном фраке, увешанном иностранными орденами, незаметно перешел к другой темной фигуре, еще более высокой, стоявшей рядом и, похоже, помогавшей князю принимать гостей.

Мужчина внимательно вглядывался в нее. У него было худое лицо с профилем ястреба, смуглая кожа, сверкающие синие глаза… Кровь забилась в висках Марианны, во рту пересохло. Пальцы впились в свиток с нотами. Она узнала Язона Бофора.

Первой реакцией Марианны было — бежать со всех ног, но здравый смысл пробился сквозь охвативший ее ужас и одержал верх. Она не имела права бежать. Это было бы возможно, если бы ни Бофор, ни князь не заметили ее, но оба они пристально смотрели на девушку. Необходимо остаться.

Чувствуя, что она не может и шагу ступить в их сторону, Марианна свернула к графине де Перигор, продолжавшей подзывать ее. Ей настоятельно требовалась передышка, чтобы немного собраться с мыслями. Юная Доротея встретила ее с излишне горячей симпатией, возможно, желая этим удивить окружающих.

— Присаживайтесь к нам, Марианна, мы как раз перемываем косточки всем, кто попадет нам на зубок. Это очень забавно!