Книга Марианна. Книги 1-6, страница 174 – Жюльетта Бенцони

— Да она издевается над нами, шевалье! Предоставьте ее мне, уж я заставлю ее говорить. Подобные существа не заслуживают жалости!

— А я говорю: довольно! Здесь есть кое-что, чего я не понимаю…

Он повернулся к лежавшей в полубессознательном состоянии Марианне, помог ей подняться и усадил на табурет. В голове у Марианны словно бил большой кафедральный колокол. Она тщетно пыталась собраться с мыслями. Наверняка она сходила с ума! Или эти люди? Да, это так! Они безумцы… Тогда она стала жертвой ужасного недоразумения! Шарль!.. Шарль!.. Мой бог! Как они могли спутать его с авантюристом, который держит Европу под своим сапогом? Он был таким нежным, таким внимательным! Они его не знали, вот и все! Они не могли знать его! Простой буржуа. Боже, как болит голова!

Неожиданно Марианна ощутила у губ край стакана.

— Выпейте, — приказал шевалье. — Потом мы попытаемся выяснить правду.

— Шарль! — простонала молодая женщина. — Шарль Дени! Вы не можете знать…

— Пейте, говорят вам! Вы совсем позеленели!

Она выпила. Вино оказалось крепким и ароматным. Его тепло пробежало по телу, раздувая огонек жизни. Отведя стакан рукой, она посмотрела на шевалье таким блуждающим взглядом, что тот с состраданием покачал головой. Он пробурчал себе под нос:

— Слишком молода, чтобы быть такой пройдохой!

— Женское коварство не имеет возраста! — раздался безжалостный голос Морвана.

— Я просил вас предоставить мне возможность выяснить правду, господин Береговой Пират, — ответил резко Брюслар. — Отойдите дальше, господа, вы волнуете ее.

Барон Сен Юбер саркастически усмехнулся.

— Ваша неисправимая склонность к женщинам сыграет с вами в один прекрасный день злую шутку, шевалье! И я не уверен, что этот день не пришел.

— Если он пришел, то я уже достаточно взрослый, чтобы заметить это. Я хотел бы, чтобы мне не мешали расспросить ее.

— Пусть будет так, спрашивайте! Но мы останемся здесь! Мы послушаем.

Рыцари тьмы отошли вглубь и стали черной стеной у серой стены склепа. Марианна и Брюслар остались одни у стола.

— Вчера вечером, — начал он спокойно, — вас привезли к павильону Бютар в Сен-Клу.

— Действительно, мне называли это имя.

— Кто сопровождал вас туда?

— Князь Беневентский. Он сказал мне, что этот павильон принадлежит одному из его друзей, г-ну Дени, буржуа, человеку, перенесшему ужасное горе. Я должна была своим пением развлечь его.

— И вас не удивило, что Талейран сам взял на себя труд проводить вас к простому буржуа?

— Да, но князь объяснил, что дело идет о старом друге. Я подумала… что князь, возможно, познакомился с ним еще во время Революции, или же под этим простым именем скрывается иностранный заговорщик.

— Мы к этому вернемся после. Кто вас встретил там? Слуга?

— Нет. Я думаю — друг г-на Дени. Его зовут Дюрок. Я видела также камердинера.

— Камердинера по имени Констан, не так ли?

— Да… конечно, по-моему так!

Мощный голос шевалье стал вдруг удивительно нежным. Он нагнулся к молодой женщине и заглянул ей в глаза.

— Вы любите его?.. Этого господина Дени?

— Да… Да, я люблю его! Мне кажется, я любила его всегда. Я увидела его и затем…

— И затем, — заключил Брюслар, — вы оказались в его объятиях. Он вас обольстил, очаровал, околдовал… Идет молва, что он как никто говорит о любви, а пишет еще лучше!