Книга Марианна. Книги 1-6, страница 290 – Жюльетта Бенцони

Она так побледнела, что Аркадиус нахмурил брови. Словно жизнь полностью покинула ее, оставив безучастное тело.

Совсем тихо, пытаясь избавить ее от леденящей, парализующей боли, он напомнил:

— А… как же с сегодняшним свиданием?

— Оно не интересует меня больше, раз это не он назначил его. Вы слышали? Он направился в Компьен. Но не для того же, чтобы вернуться сюда. Сколько отсюда до Компьена?

— Около пятнадцати лье!

— Вот видите! Теперь в седло и поедем кратчайшим путем! Я хочу быть в Компьене раньше их.

Она уже бежала к деревьям, где были привязаны лошади. Следуя за ней, Аркадиус еще пытался образумить молодую женщину:

— Не безумствуйте, Марианна. Вернемся в Брен, и предоставьте мне сходить посмотреть, кто вас будет ждать этой ночью.

— Это меня не интересует, говорю вам! Когда же вы поймете, что во всем мире только одно существо имеет для меня значение? К тому же эта встреча может быть только западней! Теперь я уверена в этом… Но я не обязываю вас следовать за мной! — бросила она жестоко. — Я прекрасно смогу ехать одна.

— Не говорите глупости! — пожав плечами, заметил Аркадиус.

Чуть пригнувшись, он протянул молодой женщине скрещенные руки, чтобы она оперлась носком и села в седло.

Он не корил ее за черную меланхолию, ибо понимал, как тяжелы для нее эти минуты. Просто ему больно было видеть, как она набивает себе шишки при встрече с неизбежностью, с которой не в силах бороться ни она, ни кто-либо другой.

— Едем, раз вы считаете это необходимым! — сказал он только, садясь, в свою очередь, в седло.

Ничего не ответив, Марианна сжала каблуками бока своей лошади. Животное помчалось бешеным аллюром по идущей над водой дороге. Курсель, где только несколько физиономий высунулось на шум, вновь погрузился в тишину заброшенности. Злополучная берлина, снабженная новым колесом, тоже исчезла.

Несмотря на получившуюся задержку, Марианна и Аркадиус поспели к выезду из Суассона как раз вовремя, чтобы увидеть проезжавшую императорскую карету, без остановки промчавшуюся мимо изумленных и, в известной степени, возмущенных супрефекта муниципального совета и военных властей, которые ждали несколько часов под дождем ради единственного удовольствия увидеть своего императора, проскользнувшего у них под носом.

— Но почему все-таки он так спешит? — процедила сквозь зубы Марианна. — Что вынуждает его быть в Компьене?

Неспособная дать приемлемый ответ на этот вопрос, она хотела, после того как на почтовой станции заменили лошадей, двигаться дальше, когда увидела, что императорская карета внезапно остановилась. Дверца распахнулась, и королева Неаполя, — Марианна узнала ее по украшавшим плащ страусовым перьям, — спрыгнула на дорогу. С возмущением на лице она решительным шагом направилась к следующей карете. Подбежавший камергер откинул ступеньку, и Каролина Мюрат с видом королевы в изгнании уселась внутри, а кортеж возобновил движение.

Марианна обратила к Аркадиусу вопрошающие глаза.

— Что это может значить?

Не отвечая на ее вопрос, Аркадиус, чтобы как-то скрыть смущение, нагнулся и сделал вид, что поправляет подпругу.

— Да наберитесь же мужества сказать мне правду, Аркадиус. Вы думаете, он хотел остаться один с этой женщиной?

— Возможно, — благоразумно согласился Аркадиус. — Если только это не один из капризов королевы Неаполя, которыми она так прославилась.