Книга Марианна. Книги 1-6, страница 670 – Жюльетта Бенцони

— Что касается настоящего?..

— Оно не принадлежит ни князю, ни даже вам, сударыня, с момента, как вы стали нужны императору.

— Я нужна? Но для чего?

— Это, я думаю, все вам объяснит.

Словно чудом в руке Арриги оказался сложенный лист бумаги с императорской печатью. Письмо, на которое Марианна, прежде чем взять его, посмотрела с подозрением, настолько видимым, что генерал не смог удержать улыбку.

— Вы можете взять его без боязни, в нем нет ничего взрывного.

— Вот в этом я не так уж уверена!..

С письмом в руке Марианна села на старую каменную скамью возле дуба, и ее платье из розового батиста выглядело на ней как венчик гигантского цветка. Подрагивающими пальцами она сломала восковую печать, развернула письмо и приступила к чтению. Как и большинство писем Наполеона, оно было довольно кратким.

«Марианна, — писал император, — мне пришло в голову, что лучший способ избавить тебя от посягательств мужа — взять тебя на службу империи. Ты покинула Париж под прикрытием неопределенной дипломатической миссии, отныне ты будешь облечена подлинной миссией, важной для Франции. Герцог Падуанский, которого я обязываю позаботиться, чтобы ты без помех смогла уехать для выполнения этой миссии, сообщит тебе мои подробные инструкции.

Я надеюсь, что ты окажешься достойной не только моего доверия, но и всей Франции. Я сумею вознаградить тебя за это. Н.».

— Его доверия?.. Всей Франции? Что все это значит? — растерянно промолвила она.

Обращенный к Арриги взгляд выражал полное недоумение и изумление. Она готова была подумать, что Наполеон сошел с ума.

Чтобы в этом удостовериться, она внимательно, слово за словом, вполголоса перечитала письмо, но, закончив его, оказалась перед тем же печальным выводом, который ее собеседник легко смог прочитать на ее выразительном лице.

— Нет, — сказал он тихо, усаживаясь рядом с ней, — император в своем уме. Просто в данной ситуации он не видит другой возможности выиграть для вас время, кроме дипломатической службы!

— Я буду дипломатом? Но это безрассудство! Какое правительство согласится иметь дело с женщиной…

— Может быть, возглавляемое тоже женщиной. И к тому же речь идет не об официальной службе, а о… секретной службе императора, на которую вас приглашают вступить, службе его величества для особо доверенных и близких друзей…

— Я знаю, — прервала его Марианна, нервно обмахиваясь императорским письмом, — я слышала разговоры о громадной службе, которую уже сослужили императору его сестры, но это не вызывает у меня особого энтузиазма. Короче, не будем тратить время, и скажите без уверток, чего ждет император от меня. И прежде всего, куда он собирается послать меня?

— В Константинополь.

Если бы гигантский дуб, под которым она сидела, обрушился на нее, она не была бы так ошеломлена, как от этого слова. Она вгляделась в бесстрастное лицо генерала, пытаясь найти на нем отражение внезапно охватившего Наполеона безумия. Но Арриги выглядел абсолютно спокойным и с понимающим видом коснулся руки Марианны.

— Выслушайте меня не волнуясь, и вы увидите, что идея императора не так уж безрассудна. Скажу даже больше: это одна из лучших, которые могли прийти ему в голову при теперешних обстоятельствах, как для вас, так и для его политики.

Он терпеливо развернул перед своей юной слушательницей панораму положения в Европе весной 1811 года и в особенности франкорусских отношений. Несмотря на дружеские объятия в Тильзите, отношения с царем портились с каждым днем. Паром взаимопонимания уносило течением. Александр I, хотя он практически отказался отдать сестру Анну за «брата» Наполеона, с большим недовольством встретил австрийскую свадьбу. Аннексия Францией принадлежавшего его зятю герцогства Ольденбург и ганзейских городов не улучшила его настроения. В результате он поспешил снова открыть свои порты для английских кораблей, одновременно резко повысив пошлину на ввозимые из Франции товары.