Книга Невеста Сфинкса, страница 82 – Наталия Орбенина

— Трудно сказать, вероятно, это источник. Будем надеяться, что он не иссякнет и не пересохнет.

С новыми силами и надеждами они отправились к верблюду. Серафима настраивала себя, что будет терпелива, не капризна, не брезглива. Она постарается не усложнять жизнь своему спутнику, от которого во многом зависело их спасение. Она готова выносить все тяготы. Только бы им выбраться живыми, только бы выбраться! Но все эти уговоры оказались напрасны. Вид мертвого животного, разделывание туши, отрезание кусков, все это повергло ее организм в величайшее расстройство. Ее мутило и в конце концов стошнило.

Аристов расправился с верблюжьей тушей и стал укладывать в мешок те куски, которые могли быть пригодны для еды. И в этот момент они услышали хрип и рычание. Обернувшись, они увидели, как от бархана медленно и по хозяйски приближается Белая львица. Львица шла спокойно, она не боялась. Ее короткие уши прижимались к голове, что не предвещало ничего хорошего. Она открывала кроваво-красную пасть и издавала рык, говорящий о том, что это ее добыча. И они сами – тоже!

Аристов вскинул ружье.

— Стреляйте! – едва пролепетала Серафима Львовна.

— Молчите! – прошептал Егор. – И медленно стал вытаскивать из мешка лучшие куски. Потом осторожно положил их на пути львицы, взял спутницу за руку, и они стали тихонько отодвигаться в сторону от развороченной туши.

— Прошу тебя, оставь нас! Вот, возьми, возьми лучшее, что есть у нас!

Зверь остановился и пристально смотрел на людей. От этого немигающего взгляда холодело все внутри.

— Не сморите ей в глаза! – Егор дернул женщину за рукав и, обращаясь к львице, продолжил:

— Ты прекрасна! Мы преклоняемся перед тобой! Прими наше подношение и оставь нас!

Львица медленно подошла к оставленным кускам, обнюхала их, укусила раз, другой. Потом отчего-то передумала и снова уставилась, на людей, что-то показалось ей подозрительным. Ее уши шевелились, хвост сильно бил из стороны в сторону. Наконец интерес к мясу пересилил, и она вцепилась зубами в добычу.

— Медленно, медленно, не показывая спину, отходим, – едва прошептал Аристов.

На негнущихся ногах они отступали по песку и, отойдя на значительное расстояние, бросились наутек.

Уже находясь под сенью храма, они все тряслись и не могли прийти в себя, понимая, что их убежище призрачно, и зверь, если захочет, легко настигнет их. Одно давало маленькую надежду – львица пока сыта. Верблюда ей хватит надолго. А вот им что делать? Что делать с этими кровавыми кусками? Тоже с урчанием рвать зубами? Аристов предположил, что пока львица занята, можно прогуляться в другую сторону и поискать там колючки, кустики. Быть может, удастся разжечь костер. И правда, им посчастливилось найти немного засохших колючек, которые безжалостно ранили пальцы. Снова приободренные временной удачей, они возвращались к своему призрачному убежищу, и тут Серафима Львовна вскрикнула и судорожно схватила своего спутника за рукав. Прямо перед нею из песка торчала рука, огромная рука, с великолепными длинными пальцами, четко очерченными ногтями. Рука была черная, гладкая, блестящая, и такая выразительная, словно живая.

— Вы испугались? Признаться, я тоже. – Аристов мягко улыбнулся. – Вероятно, это громадная статуя из черного базальта. Лежит в песке, и наружу торчит только рука. Вот мы ее украсим!