Книга Тайна сердца, страница 79 – Арина Теплова

Марья Ивановна в высоком парике, шикарном белоснежном платье, украшенная рубинами, подаренными ей на рождество, улыбнулась Илье и подошла к нему.

— Сынок, мы уж тебя заждались, — заметила она.

— На конюшне несколько часов проторчал, — ответил ей молодой человек и поклонился очередной паре, проходящей мимо, которая поздоровалась с ними. — Черноокая кобыла никак разродиться не могла.

— Илюша, сейчас прием, потом это обсудим, — осекла его Марья Ивановна. Она оглядела сына с ног до головы. На Теплове был черный короткий кафтан с золотой вышивкой, выглядывавший из-под него белый камзол, черные бархатные штаны и короткие кожаные сапоги. Без парика с уложенными чуть завитыми на висках темными волосами, с естественным цветом лица и красиво очерченными губами Илья показался ей очень приятным. Лишь некоторые детали во внешности сына смутили Теплову. И она тихо озвучила свое неудовольствие. — Ты не надел парик?

— От него потом голова чешется, матушка, — скорчив гримасу, произнес Илья и поздоровался с очередным гостем.

— Илюша, мода такая, надобен парик.

— Матушка, — возразил ей молодой человек. — Кому надобен, тот пусть и надевает этот рассадник блох. А по мне и так хорошо.

— И скажи на милость, отчего ты в сапогах? — уже более строго заметила мать.

— Потому что туфли натирают мне ноги, — просто ответил Илья.

— Илюша, ты можешь ходить в сапогах в остальное время, воля твоя. Но на бал принято надевать туфли. Что скажут люди?

— Матушка, — уже недовольно заметил Теплов и наклонился к ее уху. — Моя ступня слишком широка для этих ваших туфель, которые как на дамочек, более и не лезут ни на кого. А насчет гостей, кому не нравится мой вид, могут не смотреть.

Молодой человек выпрямился, довольный своим ответом, и вновь поздоровался с очередными гостями. Тепловы стояли у входа в гостиную и встречали прибывающих.

— Боже! — воскликнула удрученно Марья Ивановна. — Все же как ты невозможно походишь на деда! И нрав твой с каждым днем на него похожим становится. Батюшка тоже все время в сапогах ходил и лошадником знатным был.

— Ну, он же мой дед, — улыбнулся ей Илья. — На кого я должен быть похож, по-вашему, матушка?

— Хоть на отца, — вздохнула Теплова, обмахиваясь большим ажурным веером. — Он такой мягкий, добрый был, все время мне уступал.

— Оттого-то вы его и не любили.

— Илья Григорьевич, — возмутилась Марья Ивановна. — Ты, по-моему, забываешься.

— Простите, матушка, — вымолвил молодой человек и поцеловал в знак извинения ручку Тепловой. — Но мне кажется, что, если бы отец поменьше потакал вашим капризам, вы бы тоже счастливее были.

— Ты многого не знаешь, — сказала печально Марья Ивановна.

— Чего же?

— Да так, — вздохнула Теплова.

— Вы же всегда мне говорили, что я и внешнее на отца не сильно похожу? Что я скорее в вашу породу, — вымолвил невольно Илья.

— Так и есть. На деда ты похож покойного, батюшку моего, даже внешне. Только пониже ростом он был, да глаза серые.

— Пойдем, представлю тебя Куракиным. Они уж больно хотели повидаться с тобой.

Илье пришлось согласиться, и Теплова почти битый час водила его между приглашенными, представляя своего сына. Вся эта вереница напудренных дам в высоких париках не произвела на Илью должного впечатления. Единственные девицы и женщины, которые показались молодому человеку вполне приятными были, как и он, без париков. Их естественные волосы, уложенные в красивые прически, вызвали у Ильи гораздо больше понимания, чем украшенные драгоценностями и искусственными цветами парики других дам. Некоторые мужчины выглядели вполне нормально, по мнению молодого человека, со своими волосами и без пудры, и это импонировало Илье.