Книга Невеста князя, страница 39 – Арина Теплова

— Если вы уходите с поляны, то не отдаляйтесь больше, чем на десять шагов. Это опасно.

Она удивленно вскинула на него взор и тихо ответила:

— Хорошо.

Сложив хворост горкой рядом с ней, Георгий достал из мешка огниво и начал разводить костер. Он стянул с головы платок, который весь день скрывал его волосы, и темно-русые вихры теперь свободно падали на лоб и уши. Софья молчаливо смотрела на этого широкоплечего мрачного мужчину, который, словно заведенный, делал свое дело и ни на минуту не останавливался.

— Вы устали? – участливо спросила она, не в силах удержаться от вопроса.

Ей хотелось приободрить его и показать свою благодарность. Он тут же поднял на нее серо-голубой взор и внимательно посмотрел на девушку.

— Немного, – ответил просто Асатиани и вновь опустил взор на огонь, следя за тем, как разгорается костер, и осторожно поправляя руками хворост.

Непроизвольно рассматривала Георгия, Софья пыталась сложить представление об этом непонятном суровом джигите. Она не понимала, откуда у него столько сил и выносливости. По ее понятиям он уже давно должен был свалиться замертво от усталости. Ведь в первый день, когда их схватили сваны, он почти пять часов бежал за конем, его морили голодом и не давали пить. На следующий день он также до обеда следовал пешком, привязанный к лошади, а потом семь часов подряд поднимался в горы с тяжелым мешком на плечах. Софья отчетливо видела, как там, на горной тропе, остальные джигиты едва передвигали ноги от усталости. Далее он расправился с четырьмя сванами, а после совершил безумный спуск с горы, с которой он почти с бешеной скоростью сбежал, притиснув ее к своему бедру. А сегодня почти весь день Асатиани тащил ее на себе. Теперь же он, присев на корточки, умело разводил костер и действительно не выглядел измученным или сильно уставшим.

С интересом рассматривая его загорелое мужественное лицо, Софья впервые за эти дни задумалась – сколько ему лет? Она не могла однозначно определить этого. Асатиани могло быть и тридцать, и гораздо больше. Темная борода, короткая и густая, покрывающая половину его лица, явно добавляла ему возраста. Он не был красив, скорее наоборот. Суровое выражение и жесткие черты его лица, словно высеченные из камня, опасный стальной взгляд делали его внешность не очень привлекательной. Однако сильные руки, неутомимые ноги, подтянутое тело, а иногда и озорной огонь, мелькавший в серо-голубых глазах, говорили о том, что их владелец довольно молод.

В какой-то момент Георгий, умело поправив хворост в костре, резко поднял глаза на девушку и спросил:

— Вы закончили меня рассматривать?

Она испуганно опустила глаза, понимая, что он заметил ее настойчивый взгляд.

— Простите, – пролепетала она тихо в ответ.

Удостоверившись, что огонь разгорелся, он сложил часть хвороста в кучку и пересадил девушку на него, ближе к костру. Сел рядом с ней на хворост и, достав из мешка лаваш и сыр, протянул спутнице.

— Рыбу теперь руками не поймать, вода полная, и нет нереста. Нужно удило. Придется есть то, что осталось, – заметил он, как будто извиняясь. – Надеюсь, завтра мы сможем поесть что-нибудь горячее в лечхумском ауле.

На это заявление мужчины Софья промолчала, не понимая, отчего он оправдывается перед ней, словно она чего-то требует от него. Она молча съела лаваш и сыр и попросила воды. Асатиани, так же быстро доев свой сухой паек, протянул ей мешочек с водой. Она отпила из него и приветливо произнесла: