Книга Невеста князя, страница 75 – Арина Теплова

Софья остолбенела от его гадких намеков и развратных речей. Она взметнула свою свободную руку к его лицу, намереваясь за его дерзкие слова дать пощечину, но Амир ловко поймал ее кисть и угрожающе процедил над ней:

— Наших девиц с детства учат кротости и послушанию мужчинам. Видимо, в вашей стране их учат своеволию и упрямству? Но поверьте мне, Софико, еще не родилась та женщина, которая посмеет дать мне пощечину.

— В нашей стране, как вы выразились, мужчины уважительны к женщинам и не позволяют себе и половины того, что позволяете говорить себе вы! – выпалила она гневно в ответ.

— Знаю я ваших мужей! Видел. Они глупцы, ибо позволяют женщине делать то, что ей вздумается! – выпалил Асатиани, сверкая на нее глазами.

— Видимо, по-вашему, женщина должна делать только то, что желает и требует от нее мужчина? – вымолвила Софья, уже заводясь от его непробиваемости и невозможной наглости.

— Да, – не задумываясь, выдохнул он. – Женщина должна подчиняться и искать внимания мужчины. Если вы хотите остаться жить в наших краях, вы должны научиться вести себя так же, как наши женщины.

— Отпустите, наконец, мою руку. Я не желаю более говорить с вами! – уже нервно выпалила девушка и дернулась от него.

Софья не жаждала общаться с этим опасным человеком и уж тем более что-то доказывать ему. Сзади послышались шаги, и приятный тенор Серго произнес за их спинами:

— Елена Дмитриевна, вы так рано встали?

Амир медленно отпустил ее локоть и нахмурился, чуть повернувшись к брату, который приблизился к ним.

— Доброе утро, Сергей Леванович, – пролепетала Софья, отодвигаясь от Георгия.

Она устремила на Серго загоревшийся зеленый взор и улыбнулась ему. Улыбнулась так нежно и призывно, что Амир ощутил, как у него от негодования вмиг пересохло во рту.

— Пойдемте, милая, уже пора завтракать, – заметил князь, почти отталкивая Георгия в сторону. Он подошел к Софье, не спуская с нее обволакивающего взора, через плечо бросил брату: – Георгий, тебя Даур ищет по всему дому.

Серго услужливо подставил девушке локоть. Софья быстро схватилась за него и поспешила вслед за молодым человеком в гостиную, дабы более не оставаться наедине с этим невозможным неприятным человеком.

Амир проводил гнетущим мрачным взором брата и Софико и ощутил, что хочет разбить Серго лицо. И разбить сильно, а еще что-нибудь сломать ему. Ибо он отчетливо видел, как улыбнулась ему Софико. Так сладостно и ласково, явно желая привлечь Серго к себе и показать ему, что он лучший из мужчин. Ему, Амиру, она так никогда не улыбалась, даже там, в горах, когда они были наедине, и он нес ее на своей спине почти двое суток. Нет, совсем нет. Ему, Амиру, доставались от нее лишь редкие вымученные дежурные улыбки. Невольно сравнивая теперь их с улыбкой, только что подаренной Серго, он понял, что предназначенные ему жесты выражали лишь благодарность.

К тому же теперь Софико попыталась дать ему пощечину, и это было ново для Амира. Еще никогда ни одна женщина не осмеливалась на подобное. И Софико, похоже, не собиралась уважать его мнение и замечать его интерес к себе. И теперь всем видом показывала, что совсем не желает его общества.

Амир вдруг трагично осознал, что последние семь дней он пребывал в каком-то радужном сне, внушая себе, что все, что происходит между ним и Софико, приятно им обоим. Он верил в их интимное общение. В то, что она так же смотрит на него, как и он на нее. И так же рада его обществу. Первые три дня, когда они были в горах, и потом, когда ехали вдвоем на лошадях до Имеретии, и даже вчера, когда ночью он смотрел на нее спящую, все это как будто связывало их некими неведомыми близкими узами. Но теперь Амир осознал, что он напридумывал в своей голове невесть что и не было никаких «мы». Было только его глупое влечение к Софико, и его страстные желания относительно нее. А она совсем не жаждала общаться с ним и теперь ясно дала это понять. И показала, что компания Серго для нее гораздо привлекательнее, чем общество его, Амира.