Книга Княгиня Имеретии, страница 54 – Арина Теплова

— Что это такое?! – пролепетала в благоговейном ужасе девушка, кинув быстрый взор на мужчину.

Она видела, что он тоже пытается оторвать руку от рубина, но не может.

— Я не знаю, – сказал он, нахмурившись. – Не бойся, Софико. Еще немного, и обряд закончится. – Он устремил свой взор в ее глаза и проникновенно вымолвил: – Я люблю тебя…

Она поняла его с полуслова и ответила, также смотря в его глаза:

— Я люблю тебя…

В следующий миг девушка отчетливо увидела, как из серо-голубых глаз мужчины на нее устремился яркий свет, который, казалось, пронзил своим теплом ее существо. Софья ощущала в своем сердце неистовое яростное чувство счастья и спокойствия. И в тот миг, когда она почувствовала, что камень, зажатый между их ладонями, стал почти раскаленным, некая сила оттолкнула их руки от камня. Рубин стал остывать, а свет, что был в камне, медленно начал угасать.

В следующую минуту Софья, ошарашенная и одурманенная всем происходящим, ощутила, что ей не хватает воздуха. Через мгновение она потеряла сознание.

Амир быстро среагировал и удержал бессознательное тело девушки в своих руках. Стремительно подхватив Софью, он очень осторожно положил обнаженную девушку на толстые белые шкуры, устилавшие камень. Встав на одно колено на каменный пол рядом, он озабоченно склонился над ее бледным лицом. Когда пришла в себя, она увидела его ласковые серо-голубые глаза.

— Ты в порядке, Софико? – спросил озабоченно Амир. – Ты напугала меня.

Она улыбнулась ему лишь кончиками губ, ощущая, что все ее существо наполнено упоительным счастьем и светлой радостью.

— Я люблю тебя, Амир, – произнесла она тихо.

После ее слов глаза мужчины засветились тысячами ярких огней, и он склонился к ее губам. Его руки обвили ее стан, и он опустился на нее.

Они любили друг друга долго, яростно, страстно, словно не могли насытиться друг другом.

Только спустя несколько часов Софья наконец пришла в себя и отметила, что лежит на широком плече Амира. Он нежно вальяжно гладил ее ягодицы рукой, и она отчетливо слышала стук его сердца.

— Твоя ладонь не болит? – спросил Асатиани и, обхватив ее кисть, поднес ее ладонь к своему лицу.

Они оба удивленно уставились на место пореза, ожидая увидеть свежую рану. Амир тут же посмотрел на свою рану. К их удивлению, места порезов уже зарубцевались. Прошла всего пара часов, а их раны выглядели так, словно миновал целый месяц.

— Это удивительно, – произнес Амир. – Никогда не видел ничего подобного. Лишь однажды моя рана затянулась через неделю подобным образом, но она была неглубока. А теперь это… словно чудо.

— А может, это камень? Он имеет какие-то целительные силы? Светился он так необычно… как будто какое-то волшебство.

— Матушка ничего подобного не рассказывала мне об этом. Она лишь сказала, что если я захочу скрепить свою любовь навсегда с девушкой, то должен сделать порез и приложить наши руки к камню и поклясться в любви. А что будет потом, она не говорила.

— Мне кажется, что все это какое-то чудо, – пролепетала Софья.

— Возможно, мой цветочек, – проникновенно вымолвил Асатиани. – Я думаю, тебе придется надевать это ожерелье только для меня. Ибо оно слишком большое для любого из платьев, даже если уменьшить цепь. Не найдется наряда с таким глубоким вырезом, чтобы открыть все его великолепие. Да я и не позволю тебе так оголяться на людях.