Книга Нарисованная любовь, страница 11 – Анна Грекова

Красиво! Сколько же ждать, чтобы это полностью принадлежало им в случае, если все будет так, как ей хотелось. Артур пока только наследник.

— Артур, я слышала, что твой отец сам занимается лошадьми. Сколько же ему лет?

— Он еще молод и полон сил. По крайней мере, пятидесяти нет. Он тебе понравиться.

Говард Брегг оказался статным, хорошо сложенным мужчиной. Он отечески обнял Артура, с любопытством глянул на Алисию.

— Папа, это мой друг Алисия, настолько настоящий друг, что я пригласил ее погостить у нас. Не рассердишься?

— А разве на такую красоту сердятся? Позвольте вашу руку, я провожу вас в дом, пока Артур отдаст лошадей.

Артур, счастливый теплым приемом, в котором, впрочем, не сомневался, повел лошадей навстречу бегущим уже конюхам.

Алисия протянула руку, но слегка задержала ее на полпути, не сводя глаз с лица Говарда.

— Я все восхищалась глазами Артура, — медленно проворила она, — Оказывается, вот кто наградил его таким богатством. И как любой первоисточник, они у вас…

Она недоговорила, смущенно рассмеялась и протянула руку.

— Ладно, пойдемте. Надеюсь, у меня еще будет возможность выразить свое восхищение.

* * *

Дженни гостила у сестры наездами. Она много времени проводила с Фредом, катала его в коляске по саду, или просиживала в кабинете. И с Эдвином у них наладились дружеские отношения. Поначалу Дженни казалось, что он общается с ней, как с маленькой и даже робела, а потом поняла, что он не хуже Фреда может беседовать с ней абсолютно серьезно. Кроме того, будучи поэтической натурой, Эдвин мог говорить о тонкостях чувств, об особом восприятии мира. Дженни все это жадно впитывала, как и житейские поучения опытного Фреда.

Анетта иногда удивлялась:

— Эдвин, Дженни доверяет тебе больше, чем кому бы то ни было. Меня она почему-то ни разу не утащила показать какое-нибудь гнездо или первый распустившийся цветок.

— А ты бы пошла? — усмехнулся Эдвин, — или сказала бы: хорошо, но позже?

— Все равно бы выбралась.

— Тут важна именно конкретная минута, первое «ах», а чуть позже — и впечатление стерто и уже манит что-то новое.

— Важнее, чем срочная подпись на векселе?

Эдвин обнял Ани.

— Все ты у меня понимаешь, моя родная. Бедная занятая девочка, которой хочется безумной свободы.

— Ты ошибаешься, я всем довольна. Просто пытаюсь оправдаться перед собой за то, что уделяю сестре мало времени.

— Поверь мне, она не обижается. Дженни у нас умница, как и ты. И опять собирается домой к отцу. Скучает за ним и боится, что ему там одиноко. Надо что-то придумать, чтоб она не дергалась, а жила спокойно. Давай уговорим твоего отца тоже побыть у нас.

— А домашние дела? Я теперь понимаю, как важен каждый день, особенно в сезон. А зимой им будет неинтересно сидеть в доме. Вон как Дженни любит бегать в лес к озеру, днями там бы и пропадала.

В середине лета Дженни приехала вместе с отцом. Джон наезжал изредка, и особенно этим визитам радовался Фред. Вот и в этот раз они надолго заперлись в кабинете, за обедом перебрасывались почти загадочными словами, а вечером торжественно объявили, что у них есть новость для всей семьи.

— Дорогие Анетта и Эдвин, — начал Джон, — Дженнифер немного посвящена в наш заговор и, молодчина, держалась хорошо, не выдала. Я приехал совершить обмен. Я оставляю у вас Дженни, пусть гостит, сколько хочет, а чтобы она не беспокоилась о моем одиночестве — увезу с собой свата. Ну и что вы молчите? Выходит, мы еще умеем преподносить сюрпризы?