Книга Нарисованная любовь, страница 7 – Анна Грекова

— А Ани знает?

— Может быть. Влюбленные ведь должны что-то говорить друг другу: разные подходящие слова, стихи, так ведь?

— Обязательно! — пылко проговорила Дженни, чувствуя к Фреду небывалое расположение. — О любви нужно говорить все время. Ах, как это наверно чудесно! Я, когда влюблюсь, буду каждую секунду твердить, что он самый лучший и любимый.

— Я буду рад за тебя, — серьезно произнес Фред, — Только в жизни иногда получается так, что о любви приходится молчать. И это бывает не менее важным, чем кричать во весь голос. Только в таких случаях не надо унывать. Любовь она и есть любовь, как бы ни проявлялась. Это серьезное чувство и к нему нужно относиться бережно.

В этот момент открылась дверь, и вошел Эдвин.

— Простите за вторжение. Все готово к обеду. Дженни, тебя ждет Анетта. Сейчас и мы подойдем.

Дженни вскочила и бросила на Эдвина внимательный взгляд. У дверей обратилась к Фреду.

— Мы обязательно продолжим наш разговор, хорошо? — сказала она очень серьезно.

Фред развел руками:

— Непременно!

Эдвин взял у отца пиджак и подал другой — для обеда.

— Интересно, о чем вы говорили?

— О любви.

— Ты и она — о любви?

— А почему нет?

— Такие разговоры — удел девушек, их времяпровождение. А ты у меня серьезный и мудрый. Можешь показаться даже строгим. А тут вдруг девочка заводит с тобой разговор на такую тему.

— Во-первых, о любви мы беседовали серьезно. Во- вторых, это говорит о том, что Дженни разглядела во мне то, что не видно с первого взгляда. Знаешь, что она сказала про тебя? Ты смотришь на мир через восприятие окружающего внутри себя. Как тебя раскусили, а?

Эдвин рассмеялся.

— А я решил, мне показалось, что она так странно посмотрела, проходя мимо. Вот тебе и малышка.

— Еще год-другой, и эта малышка заставит трепетать не одно сердце. Вспомнишь мои слова.

— Артур, они подъезжают. Вон, видишь, впереди тот самый красавец, о котором я рассказывал.

Многочисленная группа всадников, не торопясь, въезжала во двор.

— О! — вырвалось у Артура, — Чарльз, ты был прав. Давай спустимся к ним, я хочу поближе рассмотреть это чудо.

Опережая друга, Артур сбежал со ступеней и, не сводя глаз со статного жеребца, стал к нему приближаться.

— Чудо, настоящее чудо, — приговаривал Артур, осторожно поглаживая морду лошади.

— Нравиться? — услышал он и поднял глаза.

Сверху, улыбаясь, на него смотрела удивительно красивая девушка. Ее зеленые глаза сверкали и изливали доброжелательность, а кончики глаз, слегка приподнятые к вискам, делали лицо особенно очаровательным.

— Извините, — засмущался Артур. — Лошадь действительно великолепная. Я никогда не видел таких бархатных умных глаз.

— Помогите мне слезть, — протянула к нему руку девушка.

Спустившись, она задержала взгляд на его лице.

— У вас у самого глаза бархатные, черные, мягкие. Ими любоваться и любоваться. Отдайте, пожалуйста, моего красавца в хорошие руки, а мне нужно отдохнуть и привести себя в порядок. Увидимся.

Вместе с подругой она пошла к дому.

— Кто это? — спросил Артур у Чарльза.

— Ах, да, ты же ее не знаешь. Вот что значит долго отсутствовать. Это Алисия Штейниц, воспитанница какой-то далекой баронессы. Та прислала кое-кому просьбу ввести Алисию в общество. Так что в этом сезоне она — заметное явление.

— Красивая, — оглянулся Артур.