Книга Ворон Хольмгарда, страница 242 – Елизавета Дворецкая

Но предстояли еще семейные поминки: сначала живые идут в гости к мертвому на могилу для совместной трапезы, потом он к ним в ответ. Зная, что это неизбежно, Арнэйд лишь вздыхала про себя и радовалась, что самое трудное – поминки в священной роще – уже позади. В кудо приготовили стол. Под вечер Даг, взяв с собой ковш медовухи, отравился к «дому мертвых». Там он вылил полковша на могилу, приглашая с собой Тойсара и Толмака с женой, а остаток выпил сам. Все домочадцы уже сидели в кудо за столом, когда раздался стук. Арнэйд вышла наружу и увидела отца, а с ним Талая, одетого в одежду, оставшуюся от Тойсара.

— Вот, дочь моя, я привел твоего мужа, – сказал Даг. – Встречай его, пригласи войти.

— Зайди в дом, муж мой, хорошее угощение приготовили мы для тебя! – сказала Арнэйд, испытывая нешуточную дрожь. – Да дойдет оно до тебя, да будет тебе блаженство, и жить тебе в удовольствии.

Она видела лицо своего пасынка – Талай был на год моложе ее, – но вид у него был отрешенный, печальный, и она знала, что сейчас телом сына правит дух умершего отца. Это было ее последнее свидание с Тойсаром, и сейчас ее томили два желания – чтобы это свидание прошло хорошо и чтобы оно поскорее закончилось.

Талай покачал головой, отказываясь от приглашения. Только на третий раз он наконец кивнул, взял у нее ковш, выпил и последовал за мачехой в дом.

Усадили Талая на почетное место, где всегда сидел Тойсар. Вместо Толмака и его жены на положенных им местах «сидели» свертки их одежды. В этот день поминки шли во всех домах Арки-Варежа, и не хватало живых родичей, чтобы воплотить всех одновременно погибших.

— Да будет тебе с нами пища и питье, Тойсар, да дойдет оно до тебя, да будет тебе блаженство, и жить тебе в удовольствии, – говорили все по очереди, вкладывая в миску покойного по кусочку от лепешек, сыра, курятины, блинов и вареных яиц.

Даг с обычной своей бодростью разговаривал с «покойным» о его посмертных делах – как доехал, как устроился, кого успел повидать из родных, всем ли доволен, не надо ли ему передать еще что-то из вещей. Арнэйд дивилась и восхищалась способностью отца поддерживать беседу с кем угодно – хоть с покойником! Не зря он в Бьюрланде главный жрец и судья. Арнору не так легко пришлось бы на этом месте – он не слишком общителен. А вот Виги управится, когда еще немного повзрослеет и поумнеет. Может, он уже поумнел, думала Арнэйд, он ведь тоже теперь женатый человек.

Талай на все вопросы отвечал медленно и глухо, но так уверенно, будто и правда знал, как дела на том свете. Арнор украдкой подмигивал сестре, стараясь подбодрить – она сидела будто на иголках, опасаясь, что покойный муж станет ее попрекать, как утром женщины. Но все шло гладко – гости ели, пили и постепенно развеселились. Стали спрашивать, как на том свете живут ранее умершие, а потом даже просить предсказаний.

— Предскажу я жене моей, Аркей, что она не останется надолго вдовой и снова выйдет замуж, – заявил покойник. – За человека не из нашего рода, а из тех, кто ей близок, хоть и пришел издалека. Но я не упрекну ее за это – она молода, а я стар, и намного лучше мне на том свете найти вновь прежнюю свою жену Кастан, с которой мы вместе были молоды и вместе состарились.

— И вы снова будете вместе жить? – спросила Илчиви.