Онлайн книга «Хазарский меч»
|
— Да чтоб тебе… здоровой быть! – в изумлении пробормотал старик. – А он-то все радовался, что тебя дома нет, говорил, хоть она уцелеет, уедет к матери в Честов… Как же ты здесь оказалась? — Или они уже и до Честова добрались? – спросил кто-то, сидящий рядом на полу. — Где он? – снова спросила Мирава. Смертным холодом на нее повеяло от слов «он все радовался», как будто тот, о ком сказано, ничему больше радоваться не будет. Сейчас она ощутила, что все это время ей было еще хорошо – у нее оставалось время до того, когда она узнает… А теперь уже нет… — Вон он, у печи. Ногу ему повредили, чуть не отрубили. Пойдем. Нехожка, сдвинься. Хельв повел ее к печному углу, пробираясь между людьми. Они тесно сидели и лежали на полу, многие, если не все, были ранены, и двигаться им было неловко, но никто не роптал, все в изумлении глядели на женщину, которую почитали спасшейся от этого ужаса. — Он как знал, что ты придешь, – Хельв обернулся. – Уже говорил: Миравка, а ты откуда? — Когда? — А вот как затолкали нас сюда. Мы с Верегой приволокли его… У печи на полу кто-то лежал, и теперь Мирава сразу узнала хорошо знакомый облик. — Тише! – Хельв придержал ее. – Не задень. У него левая нога… едва держится. Сказал, под щит топором сунули, хорошо, издали, только повредили. Еще немного – быть бы без ноги. Мирава осторожно опустилась на колени. Это и правда был Ольрад, и он дышал, но, заметил ее появление не сразу. Потом шевельнулся и приподнял голову. — Кто тут? — Это я… – тихо сказала Мирава. Она едва не задыхалась, захлебываясь воздухом, – грудь, до того стиснутая огромной тяжестью, вдруг раскрылась и задышала так, что она опасалась нечянно вдохнуть весь белый свет. Ольрад жив – одного этого ей хватило, чтобы ощутить, что мир перестал качаться. Дуб Держимир удержал. Небо не рухнуло. Для нее – нет. Ольрад накрыл горячей рукой ее руку. Мирава заволновалась – у него ведь жар. Надо думать, от раны. И что делать? Ольрад сжал ее руку, потом слегка приподнялся, моргая. — Это что… Мирава! Так ты мне не мерещишься? — Нет, сынок, – вместо Миравы ответил Хельв. – В этот раз ты не бредишь. — Я тебя видел, – шептал Ольрад, держа ее за руку. – Как меня положили… Нога болит… Как будто ты сидишь рядом, только будто не сейчас, а раньше – с косой, как девка. Держишь меня за руку, и боль проходит. Потом я вроде заснул. А ты здесь… взабыль… — Я взабыль здесь… – прошептала Мирава. – Я теперь никуда не уйду. Лучше Ольраду не знать, как близко был он к самому краю Темного Света, если сумел увидеть десятую пряху… * * * Через небольшое время дверь снова отворилась, снаружи позвали «бабу, которая пришла». — Выйди, не бойся! – крикнул тот рыжебородый. – Наш боярин с тобой говорить хочет. Мирава еще раз сжала руку Ольрада и вышла. Она и сама хотела говорить с боярином. И нет, она совсем не боялась. Повели ее в Ярдарову избу, но та показалась чужой. Утварь была на месте, но ни одного из тех лиц, кто раньше здась жил – все чужие. Боярин сидел у стола. Оказался он молод – в тех же годах, что Ольрад, – еще выше ростом, с продолговатым лицом, высокими скулами, глубоко посаженными глазами цвета желудя, русой бородкой. Можно было бы сказать, что он довольно хорош собой, если бы не сломанный, с горбинкой, и слегка искривленный нос, а еще усталый и погасший вид. На плечи его как будто навалился груз, слишком тяжелый даже для такого здоровяка. Захваченная своим единственным стремлением, Мирава не испытывала ни страха, ни вражды, а лишь волновалась об успехе переговоров. |