Книга Оружие Вёльвы, страница 172 – Елизавета Дворецкая

Снефрид отчасти перевела дух: непохоже, чтобы он собирался выгнать ее со своей лежанки или самому уйти в другое место. Если он остается, все еще можно уладить.

— Почему ты сразу мне не сказала? – Сев на край, он стал разматывать обмотки.

В голосе его слышались остатки досады – никому не приятно быть обманутым. Кажется, он еще не решил, прощать ли ее.

— Не знаю, – честно призналась она. – Я была в тот день очень встревожена… и напугана. За несколько дней я лишилась троих близких. То есть всех, кто у меня был. Мою тетку я внезапно нашла мертвой…

— Как она умерла? – Эйрик повернулся к ней, держа в руке длинный конец обмотки.

Снефрид еще раз глубоко вздохнула и стала рассказывать – как услышала ночью собачий вой, как они с Рандвером приехали на Каменистое Озеро. Даже то, как собака принесла ей жезл вёльвы. Эйрик слушал, сидя неподвижно, и только под самый конец опять занялся обмотками. Снефрид рассказала, как на вторую ночь умер ее отец, как в то же утро Вегард убил Рандвера и она осталась в доме с двумя покойниками… Голос ее поневоле дрожал, она обхватила себя руками за плечи. Эйрик, к тому времени успевший раздеться и лечь, успокаивающе положил руку ей на колени. Похоже, сердиться он наконец перестал, осознав, что́ ей пришлось пережить ко дню встречи с ним.

— Когда я вдруг услышала возле дома твой голос, я подумала, что это Вегард.

— Разве похоже?

— Нет. Но я была слишком потрясена и всего боялась. Я понятия не имела поначалу, кем ты можешь быть, что за человек ищет Хравнхильд. Я подумала, когда этот человек увидит в полутьме у стены серую женщину с черным лицом, он закричит от ужаса и убежит без оглядки.

— А я не убежал.

— А ты повел себя, будто ничего другого и не ждал.

— Так и было. Я ее другой не видел. То есть… – Эйрик сдержанно хмыкнул, – чего я не видел, как это платья. Маску видел.

Снефрид прикрыла лицо рукой. Маска его, значит, не удивила, а платье удивило…

— Ту белую нить начала прясть Хравнхильд Я закончила, в тот же день, когда она умерла. И когда я обмотала тебя ею, я на самом деле стала твоей вирд-коной. Обмана никакого не было. Просто ты не знал, как меня зовут. У меня не хватило духу сразу сознаться, что я не она… Ну, это ведь Хравнхильд знала тебя с рождения. А я тебя совсем не знала, а то, что я слышала, меня скорее… смущало.

Эйрик лег на спину и помолчал.

— А зачем ты согласилась со мной ехать – чтобы уйти оттуда? От этих двух ушлепков?

— Да. И от Вегарда. До этого я хотела поехать к твоей матери и попросить, чтобы она нашла людей, чтобы переправили меня в Альдейгью.

— Зачем тебе в Альдейгью?

— Я собираюсь найти моего мужа.

— Что? – оживленно спросил Эйрик и повернулся к ней, опираясь на локоть. – Так он там?

— Он в Гардах. Я найду его, и мы опять будем жить, как все добрые люди. Мне только нужно как-то попасть туда.

Снефрид замолчала, но Эйрик легко услышал в этом молчании просьбу.

— Не сейчас, – сказал он чуть погодя. – У меня других дел полно…

Он еще помолчал. Снефрид знала, о чем он думает.

— И ты ведь не можешь уйти, не доведя дело до конца. Чтобы я всю жизнь не мог призывать «боевую ярость».

— Я понимаю… – беспомощно пробормотала Снефрид.

— И лучше поскорее. Не знаю, когда мне придется идти в бой, но это может быть когда угодно. Хоть завтра. Дед не просто так сидит-скрипит в Уппсале, он там войско собирает.