Онлайн книга «Небо в алмазах»
|
— Долой рабство! — Пчёла отдаёт телефон девушке, и коротко поцеловав её в губы. — Лады, звони! И голос, давай, веселее! Про Фила сболтни, точно сработает! Скучает, на свадьбу зовёт. — А если оставить проблему Коса на его решение? Пока он нас совсем не прибил? — Хрен с этим ящером, не убьет, трезвее будет! — Пчёлкину нравились эти словесные перепалки с Софой. Ради него она отшила дипломата, ради него — и пары прогуливает, зараза мелкая. А он… Решил впервые послушать упрямую мышцу, отрывающую его разум от земли, и нарушил свои принципы. — Я прав? — Прав! — брюнетка отложила телефон на тумбочку, и, пытаясь высвободиться от крылатых рук на талии, спросила: — Так, может, скажем, уже всем? И Лизе… О том, что Пчёлкин и Голикова были вместе с конца декабря, знали только стены профессорской квартиры в элитной высотке. Неудобно было признаться даже друзьям, будто обнажить рану. И в том случае, когда у них свет и радуга, а у Космоса с Лизой после истории с убийством Мухи и ОМОНом — дно адское и непонятное. Две большие разницы… — Забей, приедет, то расскажем! — У неё день рождения сегодня! — Нет, бля, а куда я еду через два дня, ты объясни? — Куда успел купить билеты, мудрила! — Ебать, чё успел достать! — И вообще! Моя идея с рокировкой была хороша! — Да не поедет он! — Поедет! Ты Коса не знаешь? — К сожалению! — Дурак! — Чучундра! — Мы в расчете? — Нет, тебе ещё надо придумать извинение за дурака! — Витя! — Софья высвободилась, и, потянувшись к телефонному аппарату, отдала его рыжему. — Звони! Хуже не будет! — Нельзя было нормально телефон дать, она шараду придумала, чума! Соединили быстро, и меньше через минуту Виктор услышал голос — сонный и недовольный. Он вне всяких сомнений принадлежал Лизе. — С днем рождения поздравить решил, не забыл? — шутила. Что уже не мало. — Когда я вообще об этом забывал, потеряшка? — Блин, братец, а как же тот случай, когда мне было пять лет? — Прости, кошак, — с покаянием произнес Пчёла. — Прости, что сожрал тогда твой кусок торта! — Принято, — на другом конце провода послышался смех, — спасибо, родимый. Обрадовал… — Ну я тебе ничего такого желать не буду, сама знаешь. — Знаю я твой список пожеланий, да! Зелени и пива… — Софу сейчас дам, — Пчёла перекидывает трубку в руку Голиковой, — не хнычь, сестра! Покеда… — Как Софу?! — в голосе Лизы слышалось непомерное удивление. — А вот так, — ответила за парня Голикова, выхватившая трубку, — расти большой, не будь лапшой! — Ну, чумичка, куда уж больше? — Когда в родные пенаты? — Сговорились? Я — уроженка Ленинграда! Я на общественной работе! Мне здесь легко и вольготно! — Прям синонимы слова «отвалите». — И тебе спасибо, подруга! — С тобой точно все хорошо? — А разве Витя не сдает меня всем? — Ты всех плохо оценила, — необычное греческое имя Софка не произносит, но непрозрачно на него намекает, — а особенно одного молодца! С дома на Ленинском проспекте… — Не волнуйся, перебьются! А мне не больно! — заверила Лиза, пытаясь быть приветливее. — Ладно, звоните. И не завали сессию, Соф, у меня же нет дара телекинеза, прости. — Витя приедет послезавтра. — С багажом и песнями? — Ага, встречай хлебом и солью. Разговор закончили на мажорных тонах. Лиза заверяла, что со всем прекрасно справляется, отлично проводит вечера с Ёлкой и хвалила Ленинград за почти сносную погоду. Софу это совсем не убедило, но зачем тревожить раны? Пчёла же подкинул монетку, в очередной раз, понимая, в какую авантюру он ввязался, самовольно пытаясь помирить друга и сестру. |