Онлайн книга «Небо в алмазах»
|
— Сглазили, блин… — голубоглазую не успокаивает даже то, что Космос укрыл её одеялом, и, коротко чмокнул в щёку, — передай Пчёле, что он — карманный обломщик. — Что это ты сразу на братца подумала? — Думает, что мы куда-то слиняли, поговорить с тобой пришёл, сто очков даю… — Охренеть, угадывальщица! Если ещё и не промазала, то я должник… — И твой счётчик начал мотать… — Не скучай, а я пошёл на разведку… — Космос набрасывает на плечи простынь, и с истошным воплем выбегает из спальни, на ходу закрывая дверцу ногой. Юная жена и рада бы уснуть снова, но комичный вид космического чудовища в роли греческого недомудреца её крайне веселит. Она никогда не перестанет удивляться тому, что Кос может создать смехотворную ситуацию из пустого места. Встречая Пчёлу, свалившегося с какого-то жесткого бодуна, заметно уставшего, но довольного, Холмогоров не сдержал своей бранной эмоции: — Твою, блять, за ногу… Говно в воде не тонет! Ты чё, опять адреса перепутал?! И что дружбан здесь потерял? Собрался понтоваться успехами на театре военных действий, или распекать Космоса за то, что не пошёл на разбор полномочий к пучеглазому Артурику? Кос убеждал себя, что ему полностью фиолетово, а чему быть, того уже не миновать. Но, судя по веселью, плескавшемуся в блуждающем взгляде брата, все в порядке. Более чем… — Посейдон! — воодушевленный Пчёла готов упасть в ноги Космоса, спросонья лохматого или от чего-то очешуительного прерванного. — Посейдон, родимый… — Кто ходит в гости по утрам, тот, нахер, Витя Пчёлкин! — И тебе здорово, Космос Юрич… — С какой Луны? Как её на этот раз зовут? — Чего ты, астронавт? — Витя был уверен, что родственник обрадуется вестям, которые он принёс ему почти на крыльях братской любви. — Шлагбаум, бля, длинный, сразу на порог не пускать! — Тише-тише, нахер, — Космос покосился в сторону спальни, — я не за себя прошу… — Хорош там дрыхнуть! За уши её, за уши! Лизка, буржуйка, вставай! — Проснётся, и вставит тебе пизды по самые помидоры, — Кос намеренно не говорил, что жена давно не спит, — у неё это круче других выходит, Пчёл. — Не каркай, твою мать… — Но ты ж не по её душу-то пришёл, полосатое недоразумение? — Ты, Кос, пропустил, бля, такое! Я б от обиды налакался… — Тебе когда-то это мешало ужраться в стельку? — Хуй бы, наше дело правое! — Не поясняй… — Пошли, будешь слушать и записывать! — Секретутку нашёл? — А ты терялся, карандаш? — Все, блять, булками шевели, пошли на кухню… — Вперёд! И все-таки Космос сменил гнев на милость, когда Пчёла, оповещая о том, что «дело начато», поделился итогами разборов в «Курс-Инвесте». Сначала Кос слушал друга настороженно, не проглотив своего недовольства. Здравые мысли вообще приходили в его голову медленно, и причина тому нежилась в постели, будто бы не являлась его бессонницей. А Пчёла продолжал выкладывать инфу про напуганного осла — руководителя «Курс-Инвеста», бывшем комсомольце с лоснящейся рожей. Круглый гад упорно не сдавался, цепляясь за мысль об упущенном кредите и не понимая, что это за розыгрыш. И кого к нему привел сосед Витёк, этот молокосос, которого ещё недавно он гонял по подворотням, как главный комсомольский активист. Как не прозаично, судьбу Артура Вениаминовича решила игра в нарды. Точнее, полный проигрыш Саше Белому. Решая вопросы с Артуром до позднего вечера, и, очистив алкогольные запасы Лапшина, какая-никакая, а договоренность, была достигнута. От такого сотрудничества далеко не уйти, и Артурик, синея и краснея одновременно, признал, что первый бой был проигран. |