Онлайн книга «Небо в алмазах»
|
— За нас красивых… — предположила Лиза, вернувшись к столу, заставленному закусками и сладостями, — безбашенных и неугомонных! — За милых дам, — за всех ответил Пчёла, — двух чудных и Томку! Будем пить до ночи, с ночи до утра, до синих человечков… — Витя, ты мне девчонок не обижай, я за них горой встану, — Филатова вступается за подруг, беря на себя роль старшей, — но который раз за нас пить собрались, мальчики? — Поддерживаю, рюмаха лишней не станет, — Фил резво наполняет рюмки, — и, Пчёл, виновницы праздника — это святое! — Научим мы этого жука родину любить, — Кос предусмотрительно наполняет рюмку жены «Колокольчиком», памятуя о том, что яблочный сок вызывает на лице Лизы гримасу боли, — но раз собрались честной компанией, что стало редким, но метким явлением… — Космос, раскачивайся быстрее, всем интересно! — Ага, бля, трубы-то опять горят… — Синим пламенем! — Вот чего, народ! Пока Пчёлкин к гитаре подкатывает, то я вам скажу так, — вставая во главе стола, Кос, не изобретая велосипеда, решается повторить друзьям свои неизменные положения, — а вы послушайте! Тётю Софку надо похвалить за то, что она нас всех от спячки подняла. А то сидели, контрактами обложившись, дела решая, умные все долбодятлы такие, а кто-то скучал, ножки свесив… — Чтобы вы делали без Софки Генераловны? — Голикова никогда не обижалась на то, что друзья считали её особой отвязной, которая никогда не будет отличаться лишней усидчивостью. — Сдохли бы от жары! — Софа, не дурачься! — Космик, прости нас, мы все одно большое внимание. — Это было первое, что я хотел сказать, — Холмогоров заходил вокруг друзей, и остановишь возле Лизы, продолжил говорить, положив свою ладонь на её плечико. — Второе! Хрен его знает, когда мы так круто пофестивалим. Некоторые, мать твою, отпочковаться решили временно. У нас с Лизкой причина очевидная, ну и вы, братва, всегда найдете любой повод не видеть задолбавшие морды… — Сократ сдох, — выразился Пчёла, подбирая аккорды песни, которую его учили играть в незапамятные годы, — или нажрался и белочку ловит! Короче, Косматый, пропал в тебе философ! — Погоди, Пчёла, сиди баррэ репетируй, готовься! — Холмогоров не теряет боевого настроя. — Поэтому сегодня пьем за то, чтобы, как ни как, но вместе держаться! Как это было и будет всегда. Неважно, когда ещё так соберёмся, какими будем! Главное, что дружным составом, а остальное приложится… — Ни убавить, ни прибавить! — Золотые слова, брат! — Грех за такое не чокнуться… — Говорила же, что за молодых и красивых!.. — Без башки и неугомонных! — Где ещё такие найдутся… Когда рюмки и прочая посуда опущены на стол, Пчёла крадёт свою минуту внимания, которой грозился друзьям целый день. Он редко брал в руки гитару, лишь по праздничным случаям, но с детства разучил аккорды песни, от которой у Лизы на глазах наворачивались слёзы. Потому что нестираемый визборский мотив был мелодией далекого детства, песней дорогих родителей и знаком времени, когда деревья казались большими. Когда всё было по-другому. Светло и без фальши… — Чтобы вы толк знали в морской романтике, как говорит мой старший товарищ, ну и не сидели, как пни, то я вам про вечное спою… — Ой, Пчёла, заголосил! И кто тут из нас теперь философ хренов?! — Короче, конкретно для сестрицы и Софы, и вам всем, родные, в частности… |