Книга Тайна пропавшей рукописи, страница 125 – Виктория Балашова

— Говори, откуда взял рукопись? – потребовал он.

— Переписывал сонеты по одному. – начал врать Томас, – за несколько лет собрал все.

— Неправда, – спокойно произнес незнакомец, – невозможно переписать сто пятьдесят четыре сонета.

— Я старался, – не отступал Томас. Ему совсем не хотелось расставаться с рукописью, а именно этого от него скорее всего и потребует пришедший.

— Итак, – человек железной хваткой сжал его горло, – от тебя ничего не останется, и от твоего магазина тоже, если ты не скажешь, откуда взял рукопись.

— Украл у графа Саутгемптона, – пролепетал Томас. – Вроде Шекспир был любовником его жены и посвятил ей сонеты. Графу сие было неприятно. Он их велел выкрасть. Или забрать. Короче рукопись хранилась у него в кабинете, в замке.

— Ха-ха-ха, – рассмеялся незнакомец, – ревнивый граф! Неплохо. Неси рукопись сюда, – потребовал он.

Томас надеялся, что рукопись все-таки оставят ему. Но жизнь была дороже, и он пошел к потайному ящику стола. Поковырявшись, вытащил стопку исписанных листков.

— Давай, – человек протянул руку.

Он просмотрел первые несколько страниц.

— Похоже, вроде, на мамин подчерк, – произнес он тихо, затем кинул рукопись на стол, взял стоявшую рядом свечу и поднес огонь к листкам.

— Что вы делаете? – Томас кинулся спасать рукопись, но был отброшен сильным ударом в угол.

Человек окинул взглядом помещение и провел свечкой по книгам, которые мгновенно вспыхнули. После он быстро пошел к выходу. У двери он обернулся. Томас пытался безуспешно тушить полыхавший пожар.

— Зря ты ее искал. Моя мать не хотела, чтобы сонеты, посвященные мужчине, которого она любила всю жизнь, издавали. Такова была ее воля.

— Кто была ваша мать? – внезапно отвлекся от борьбы с огнем Томас.

Человек снял шляпу и посмотрел ему прямо в глаза.

— Ее величество королева Елизавета Первая, – произнес он и вышел на улицу.

К тому времени его сигнал заметили и, как договаривались, подожгли дом с другой стороны.

На утро прохожие и соседи увидели лишь догоравшие головешки. Ричард Филд тоже вышел на улицу посмотреть, что произошло.

— Торп сгорел вместе со своим магазином, – объяснил ему знакомый. – Говорят, свечка упала на книги. Он стал тушить огонь, но не справился.

Ричард охнул и побежал к жене.

— За детьми следи! А то бегают тут. Упадет свечка и пиши пропало, – задыхаясь от быстрой ходьбы прокричал он Марте…

— Тут такая произошла история! – Филд ворвался в квартиру Уильяма, как ураган, сметая все на своем пути. – Не ожидал, что ты дома. Но раз дома, это хорошо.

— Не кричи, – Уильям удивленно посмотрел на друга, – садись и успокойся.

— Успокоиться? Не получится, – Филд плюхнулся на стул, чуть не свалившись на пол. – Такое произошло!

— Рассказывай. А то пока ты только причитаешь. Что у вас там? Еще один ребенок?

— Шутишь? Насмехаешься? Ладно, слушай. Вчера Торп напечатал твои сонеты. То есть напечатал, наверное, раньше. Но в магазине они появились вчера.

— Почему ты не пришел ко мне сразу? – заволновался Уильям.

— Я вчера приходил. Тебя дома не было. А в театр бежать времени не оставалось. Да и там ты не всегда бываешь.

— Записку бы оставил. Я бы сам к тебе зашел.

— Ну, не оставил. Ничего не соображал. Так был поражен тем, что случилось! Представляешь, столько лет прошло и вот они, сонеты. Нашлась рукопись все-таки! – тарахтел Ричард. – Уж мы думали, все! А вот и не все!