Книга Тайна пропавшей рукописи, страница 145 – Виктория Балашова

— Как Мэри? Пишет тебе часто? – спросил Джеймс. – Как Уильям?

— Теперь я чаще пишу сыну. Он научился читать и писать, поэтому мы можем писать друг другу. А Мэри родила еще детей. По-моему, вместе с Уильямом их теперь пятеро.

— О, Джон разошелся! Извини, – откашлялся Джеймс.

— Ничего. Не извиняйся. Я рад, что у нее так все складывается. Хотя, кто знает, чего бы она добилась, продолжая писать под именем Франса Бомонда.

— Для женщины другого пути нет, – покачал головой Джеймс, – тут уж никуда не денешься.

— Ты иногда видишь Элизабет? – неожиданно Уильям подумал о своей бывшей возлюбленной. – Встречаешь во время спектаклей?

— Иногда бывает.

— И как она?

— Ты хочешь услышать, что ее красота увяла или наоборот, что она выглядит великолепно?

— Не знаю, – признался Уильям, – честно говоря, не уверен, зачем вообще задал тебе этот вопрос. Но я ее часто вспоминаю. Иногда хочется ее увидеть, поговорить с ней. И понимаю, что будь это даже возможно, было бы совсем не нужно, ни ей, ни мне.

— Элизабет выглядит хорошо, Уильям. Но я не уверен, что она счастлива.

— А кто из нас может сказать, что счастлив, – Уильям погрустнел, – я лично так счастья в себе и не нашел. Оно осталось у Элизабет, у Мэри, у могилы Эдмунда. Мое счастье разбилось на куски и живет в других людях.

— Мое счастье тоже не во мне, – сказал Джеймс, – оно живет в театре. Но меня это как-то не тревожит. Я и сам живу в театре. Так что мы находимся рядом друг с другом.

— Так, мое счастье не в типографии и не в Марте, – задумался Ричард, – но, друзья мои, несчастным я себя не чувствую. Значит, оно живет во мне.

— Хоть одному повезло, – улыбнулся Джеймс, – молодец, Ричард. Как ты так умудрился? Работа твоя тебе давно надоела, Марта ругает целыми днями, а ты счастлив.

— Не знаю. Наверное, живу, как живется. Хотелось бы большего, а нету и не надо.

Домой друзья вернулись далеко за полночь. Они с трудом держались на ногах, поддерживали друг друга, как могли и постоянно шутили.

— Я так давно не ел и не пил, – с трудом переводя дыхание произнес Уильям, – спасибо, друзья, что приехали. Даже не думал, что так обрадуюсь.

— Мы еще приедем, – пообещал Джеймс.

— Вот только на лошади надо мне почаще выезжать, чтоб одолеть такое расстояние. А лучше, ты приезжай как-нибудь в Лондон. Остановишься у меня, – предложил Ричард.

— Для меня, знаешь, теперь тоже не просто доехать до Лондона. Я раньше, как и ты, поездки верхом недолюбливал. Особенно на большие расстояния, – признался Уильям.

— Все решим завтра, – заявил Джеймс. – Мы тут побудем пару дней. Ты же не возражаешь, Уильям? Ричард точно не возражает. Ему лишь бы на лошадь снова не садиться, – рассмеялся он собственной шутке.

— Живите, сколько угодно. Хоть навсегда переезжайте, – гостеприимно предложил Уильям, – места тут много.

— Спасибо, но навсегда не получится. Я театр пока бросать не собираюсь.

— Я навсегда тоже никак. Марта возьмет коня и прискачет за мной. Ее дальней дорогой не испугаешь.

Они разошлись по комнатам. Уильям поднялся к себе на второй этаж. Он с трудом перевел дыхание и присел в кресло.

— Друзья, – пробормотал он, – мне давно не было так хорошо, как сегодня. Поеду с вами обратно в Лондон, пожалуй. Ненадолго, конечно. Немного поживу, погуляю по знакомым улицам, схожу в театр, – он прикрыл глаза и представил себя в Лондоне.