Книга Тайна пропавшей рукописи, страница 46 – Виктория Балашова

Позже Уильям не мог толком вспомнить, как все происходило. Наплевав на возможные обвинения в трусости, он просто-напросто кинулся бежать, воспользовавшись открывшимся пространством справа. Навстречу ему выехал всадник. Уильям не знал, друг это или враг, но продолжал бежать, чувствуя позади дыхание нападавших.

— Двое на одного! – вскричал мужчина, ехавший на лошади. – Что бы там ни было, но теперь вам придется иметь дело еще и со мной!

Он спешился и набросился на преследователей Уильяма. Те не стали обороняться, и быстро скрылись, открыв неприметную дверь одного из домов. Спаситель Уильяма попытался последовать вслед за ними. Но оказалось, что дверь вела не в дом, а в узкий проход, соединявший две параллельные улицы.

— Исчезли, – вздохнул он, – бежать за ними бесполезно. Обычно в таких лабиринтах уже никого не найти.

Голос показался Уильяму знакомым.

— Спасибо за помощь, – поблагодарил он с поклоном. – Уильям Шекспир, актер, к вашим услугам.

— Уильям! Черт возьми! Вот это да! – голос принадлежал не кому-нибудь, а самому графу Саутгемптону.

— Генри! – Уильям не верил своим ушам. – Ты спас меня от верной гибели.

— Что произошло? – спросил граф. – Ты наткнулся на грабителей? Что-то они рано вышли на охоту.

— Я и сам удивился. Мы давали спектакль для самой королевы. Она немного задержала меня, пожелав узнать мое мнение о поэзии, – неожиданно для самого себя начал врать Уил. – На улицу я вышел один, и вот, видишь, что произошло. Я плохо владею шпагой, поэтому попросту трусливо бросился бежать.

— И правильно сделал, – похвалил граф. – Если не умеешь как следует драться, лучше уносить ноги. Тем более, это не дуэль, когда поединок представляется делом чести. Пойдем, вернемся во дворец. Я дам тебе свою карету, чтобы ты мог нормально добраться до дома.

— Еще раз, благодарю тебя Генри за помощь, – признательно произнес Уильям.

В карете он просмотрел стихотворения королевы. В них чувствовалась любовь и страсть к человеку, которому она их посвящала. Стихи не требовали больших исправлений. Она написала их талантливо и под влиянием сильных эмоций. Дома Уильям взял несколько страниц с собственными сонетами, перемешал их с бумагами королевы и отправился к Ричарду Филду.

— Я хотел бы оставить кое-что у тебя на хранение, – объяснил он другу. – Может быть, ты даже однажды напечатаешь то, что я тебе дал. Но пока я хотел бы внести немного исправлений в написанное. Поэтому буду иногда приходить к тебе и работать над текстом.

— Почему ты не можешь хранить его дома? – удивился Ричард.

— Издатели крадут тексты, ты знаешь. Мне кажется, у меня дома их могут выкрасть. Старые пьесы – ладно. Однако новое я не хотел бы хранить у себя, – путано объяснил Уилл.

— У тебя мания преследования, друг, – засмеялся Филд. – Конечно, сейчас столько выходит пиратских изданий, что страшно представить. Тут ты прав. Но чтобы залезать к тебе домой?! Хотя, всякое бывает. Если хочешь, оставляй, что нужно здесь. В типографии много разных бумаг. Я припрячу твои бумаги с особой тщательностью: найти их среди всего прочего будет невозможно.

Уильям поблагодарил друга. Вернувшись домой, он понял, как был прав. Все его комнаты были перевернуты вверх дном. Листы бумаги с написанным текстом, вытряхнутые из шкафа, беспорядочно валялись на полу. Уильям начал складывать их на стол, пытаясь привести хоть как-то в порядок. Через некоторое время он увидел, что некоторых страниц не хватало.