Онлайн книга «Семьи.net»
|
Убить на месте нельзя, не положено, значит — изгнать. Перед ней даже извинились. Мы, говорят, виноваты, прости нас. Но ясно, что ей хана. Загрызут не сегодня, так завтра… Она приходит ко мне, плачет. Не видел, как «мишки» плачут? Я тоже не видел до того дня. Думал, сердце разорвется. Этот плач сымитировать невозможно — чисто физиологический процесс, вроде предсмертного крика у наших зайцев. И, значит, она сквозь слезы говорит: да я бы сама сдохла, раз все так плохо, только мне сейчас нельзя… Бенни смотрит на часы, зачем-то глядит в вечернее небо — а я и не заметил, как солнце к закату клонится. — Ты чего? — спрашиваю. — Чего-чего, боюсь, вот чего. Всего боюсь. Отходняк у меня. — Может, останешься до завтра? — Манга осторожно спрашивает. — Давай я скажу, чтобы в гостевом домике постелили, как раз один еще свободен. Хоть поспишь на свежем воздухе, на тебе же лица нет. Тут знаешь, как спится? Погоди, я сейчас… — Нет, спасибо, я поеду, пока Дик с Аланом не вернулись. Вы поймите меня правильно, я не могу с ними говорить, сил не осталось, да и нежелательно это. — Пока не забыл… Алан давно хочет тебе позвонить, но не хочет навязываться. Что-нибудь сказать ему? Бенни забавно хлопает глазами от неожиданности. — Через полгода, — говорит он наконец. — Конечно, конечно, я буду очень рад, так и передай ему. Но только через полгода. Мне сейчас лучше исчезнуть из-за всей этой истории, я буду просто недоступен. Ничего, ребята, продержаться надо шесть месяцев, а там все переменится. — Почему? — Потому что Урсула беременна, идиот! — шипит Манга. — Как ты не понял еще? — Елки-палки… — только и говорю я. — Будет двое или даже трое «мишек» с земным гражданством. — И с фамилией — гы-гы! — Нордин! — У шведов фамилия по матери дается. — Для этого надо родиться в Швеции, — авторитетно возражает Манга. — А потом, фамилия матери все равно Нордин! — Вот я попал! — говорит Бенни. И мы впервые за последний час, а то и больше — смеемся. Двое или трое «мишек», которых не выгонишь с планеты. Существа, которые не будут врать, а мама их не научит. Маленький шажок одного человека — и гигантский скачок всего человечества. Теперь нашей семье есть, чем заняться, на столетия вперед. И огребать за это по полной программе. По головке-то не погладят, ой, не погладят. Оказал нам Бенни поистине медвежью услугу. И деваться некуда. — А знаешь, почему она попросила меня о помощи? — говорит Бенни. — Ситуация вроде безвыходная, и она приходит ко мне. Держи челюсть обеими руками, артист. Эта «мишка», научившаяся врать, обращается не к землянину-пройдохе, который всех надует и таким образом спасет ее детенышей. Вообще наоборот! Она сказала: я знаю, ты из семьи, где люди похожи на нас, где не лгут! Против его ожиданий, ронять челюсть я не собираюсь. — Ну, шикарная манипуляция, — говорю. — Ты так думаешь? — Бенни настораживается. — Ты за ушами ее следил? — Она плакала! — говорит Бенни строго. — Она не добавила что-то вроде: «Вам же приятно будет растить маленьких пушистых медвежат? Они такие хорошие, когда маленькие! Такие плюшевые!» Бенни отчетливо бледнеет и молча лезет в машину. — Тебе надо как следует обдумать это все, да? — успеваю я бросить ему. Дорожка тут песчаная, машина поднимает небольшую пыльную бурю, мы чихаем и плюемся. |