Онлайн книга «Вино с нотками смерти»
|
По дороге в отделение, которое когда-то занималось делом Тихонова, Германа не покидала одна мысль: действующих лиц в этой драме пока всего трое. Однако из них двое отсутствуют: одного убили, второй пропал много лет назад. Лишь Присядко был жив-здоров, хотя и пребывал в некотором шоке от происходившего… В отделении перед Германом положили тонкую папку. В ней хранились все документы по пропавшему Тихонову. Ребята честно попытались выполнить необходимые процедуры для поиска. Первый подшитый документ констатировал отсутствие жильца по адресу его регистрации: те, кто занимался расселением, не хотели рисковать и оставлять человека без жилплощади — мало ли, вдруг он просто уехал в долгосрочную командировку, а потом вернется и подаст на них в суд. Как раз документ о закрытии дела развязывал им руки. Следующим документом оказалась бумага о попытке найти каких-то родственников Тихонова. Но женился он еще в девяностых, развелся. Единственного ребенка усыновил новый муж бывшей супруги. Она ничего о нем не слышала, так как не общалась с ним с момента оформления согласия на усыновление. Родители умерли. Других родственников не обнаружили. Бывшая жена никого назвать, кроме, родителей, не смогла. Отчасти Герман даже зауважал коллег: они сделали, что могли. Видимо, поднажала строительная организация, не желавшая скандала на свою голову. Несколько бумажек являли собой протокол допроса соседей Тихонова. Тут хоть что-то появилось конкретное. Алексей Борисович квартирку свою сдавал долгое время (почему-то Герман не удивился: кто в этом городе не сдает). Соседи толком сказать, жил ли он вообще когда-либо в этом помещении, не могли. Квартиру и эллинг, судя по документам, Тихонов купил после развода, оставив жене двушку в Москве. В девяностые цены на них были копеечные — удивляться нечему, кроме самого факта переезда из столицы. По логике, после продажи эллинга Тихонов должен был переехать в квартиру, но соседи его там не видели. А так как они понятия не имели о его сделке, то и не обращали внимания на пустующую квартиру, ведь туристы снимали ее не постоянно — она периодически пустовала в течение года. — В итоге, что мы имеем, — рассказывал Оле и Сереге Герман в обеденный перерыв, поедая заказанную пиццу, — Тихонов пропал в период между продажей эллинга и сносом дома. Дело закрыли, так как найти его не удалось. В девяностые он жил в Москве, развелся и переехал сюда. Вот и вся история… Серег, тебе удалось что-то узнать? — Опросил, думаю, всех, кто мог что-то видеть, благо народу сейчас крайне мало, — Серега хлебнул кофе из картонного стаканчика и продолжил: — Убийцу не видели. Вроде, день на дворе, а в этот момент никто не сидел на улице. Кто в магазин пошел, кто дома время коротал — короче, возле того эллинга не сидели и мимо не ходили. Правда, убитого видели. Даже нашелся парень, который три дня назад видел, как убитый спокойно входил в эллинг с небольшой сумкой в руках. Ничего странного не заподозрил не только потому, что там всякие шатаются, а конкретно этот эллинг сдается — в нем никто не живет постоянно. Но и потому что мужик выглядел солидно: в годах, прилично одет. Некоторые его потом заметили с пакетом с продуктами в руках — он шел со стороны палатки, торгующей круглый год. В палатку я тоже зашел. Мужика там помнили весьма приблизительно. Видно им, понимаешь ли, из окошка не ахти. Все, — выдохнув, Серега взялся за пиццу. |