Книга Вино с нотками смерти, страница 151 – Виктория Балашова

— Садитесь-садитесь! И вас угостим, — Изабелла улыбнулась и потянула Германа за рукав к креслу. — И вас, Оленька, угостим. Садитесь рядышком.

Оля и Герман утонули в широких креслах и уставились на круглый журнальный стол, уставленный разной едой. В животах заурчало — как-никак обеденное время, а с утра не ели. Изабелла тут же начала раскладывать на тарелки закуски, а Игнат достал из пакета бутылку с вином и принялся выкручивать пробку штопором.

— Вы нам что-то рассказать хотели? — нетерпеливо спросил Герман.

— Да, сейчас выпьем за здоровье ныне живущих и приступим.

Герман знал, что от этих двоих отделаться трудно и смирился с перспективой есть и пить посреди рабочего дня.

— Итак, что мы узнали, — поставив бокал на стол, сказал Игнат.

— Вчера ночкой лунною… — пропела Изабелла.

— Так вы вчера таки пошли по ресторану лазить? — нахмурился Герман.

— Ну пошли. Не бойтесь, нас не увидели бы, — заверила Изабелла. — Зато мы от души пошарили там.

— Не сомневаюсь, — буркнул следователь.

— Мы нашли наркотик! — гордо сообщил Игнат.

— Собака, простите, нам бы тоже нашла.

— Не факт! Видите ли, мы с Изабеллой провели небольшое исследование, и оказалось, что прячут от в том числе собак, «Белого китайца» в числе прочего в сахаре. Еще используют перец и горчичный порошок, но мы решили начать с сахарного песка, как наиболее вероятного варианта. Вы, Герман, верно заметили — в какой-то степени, я собака, — Игнат ухмыльнулся. — У Изабеллы, поверьте, чутье не хуже. Но мы, как бы выразиться, продвинутые в этом плане. Что ваши, обычные собаки не унюхают, то мы запросто!

— Короче, в сахарном песке эта гадость, — прервала пылкую речь друга Изабелла.

— Чего ж они от нее не избавились? — удивленно спросила Оля.

— Полагаю, от жадности, — ответил Игнат. — Штука дорогая.

— Может быть и другая причина, — задумчиво произнес Герман, — если высыпать целый пакет сахара в помойку, его могут найти и удивиться: чего это целый пакет выбросили. А учитывая происшествие, могли и нам доложить. Конечно, можно было унести подальше от ресторана, но я бы на месте преступника опасался разгуливать с наркотиком, пусть и зарытом в сахарный песок. Преступник обычно нервный и параноидальный.

— Мы вам что предлагаем-то, — Изабелла помахала куском колбасы и отправила его в рот. — Вы сейчас поешьте, попейте, а потом идите в ресторан. Песочек стоит в мисочке в баре. Мисочку мы пометили незаметненько — я маркером светло-коричневым мазнула. В глаза не бросается, но, если знать, заметите. Там стоит несколько мисочек: их несут на стол, когда кофе или чай просят с сахаром. Все они накрыты крышкой. Она не завинчивается и легко открывается, как на любой сахарнице. Внутри еще ложечка. Но это неважно. Вы, короче, спихните сахарницу на пол и закричите так, будто вы случайно: «Надо же, песок просыпался!»

— Сообразим, — прервал спектакль Герман. — Спасибо, попробуем. Сущность свою не учуяли пока?

— Думаем, она рядом. Чуем, конечно. Здесь где-то бродит. Но в кого засела, пока не поймем.

По дороге обратно в ресторан Герман обсуждал с Олей, как лучше подойти к бару, чтобы «случайно» смахнуть сахарницу. Она стоит внутри бара, а зачем им внутрь? Короче, задачка. Решили действовать при помощи отвлекающего маневра.

— Покажите, пожалуйста, нам, где у вас хранятся спиртные напитки, — попросил Герман бармена. — Буквально на минуту вас отвлечем, все равно клиентов пока нет.