Книга Вино с нотками смерти, страница 26 – Виктория Балашова

— Ой, — воскликнула девица и закрыла руками глаза, — не знаю.

— Ладно, из пруда попью.

— Не пей, чертенушка, — встрепенулась девушка, — теленочком станешь.

— Чевой-то? Хотя мне уже можно и теленочком — хуже не будет.

— Не рекомендую, — неожиданно резким голосом молвила девица. — Дальше иди, колодец ищи. Ишь, надумал!

Побрел он дальше, хотя пить хотелось неимоверно. Вокруг простирались поля и луга. Откуда-то слышалась песня: «Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса…» Из-за холма выбежал кот, державший в лапах сапоги. За ним бежал человек, похожий на короля.

— Ах ты, черт такой!!! Обманщик!!! Чьи это поля?! — орал он, поправляя корону.

«Опять черта поминают, а ведь очевидно — кот!» — подумала Сущность.

— Молодость загубил! — Вслед за королем по лугу мчалась принцесса, потрясая туфлей. — Пьянчужку подсунул, безродного бедняка! Вот я тебя!

— «Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса…» — продолжала литься песня.

Пришлось, прячась в кустах, пробираться дальше, стараясь не попадаться странной компании на глаза. Вскоре вдали он заметил речушку. Пошел быстрее — жажда совсем замучила. Возле речушки сидела на пенечке та же девушка, что до этого сидела возле пруда.

— Тебя как звать? — поинтересовался он.

— Аленушкой кличут, — с готовностью ответила девица, поправляя платочек.

— Из речки пить могу? — сразу перешла к делу сущность.

— Сам понимаешь, нет, — ответила она строго, — жеребеночком станешь, чертенушка!

Ему уже было все равно, в кого превращаться, лишь бы попить. Но отчего-то он побаивался скромной и тихой на вид Аленушки: больно голосок у нее становился резким и строгим. Как у учителей в школе. Как у надсмотрщиков на винограднике. Короче, ослушаться он не посмел. Побрел дальше. По холмам опять промчался кот.

— Короля не видали с принцессой? — спросил он на ходу, обмахиваясь широкополой шляпой.

— Возле пруда пробегали, — ответила Сущность, — зело злые.

— Чего злые? — переспросил кот, остановившись.

— Зело злые. Значит, «очень злые», — пояснила Сущность, толком не понимая, откуда в ее голове такие познания.

— Понял! Выражайся по-человечески, — кот принялся снова бежать, но обернулся и крикнул: — Хотя какой из тебя человек, черт лысый!

Сущность провела лапой по голове. Нет, не лысый: на голове явно присутствовала шерсть. Но ответить коту не успел — тот уже скрылся за очередным холмом.

Тут показалось озеро. Естественно, возле водоема сидела клятая Аленушка. Она недобро усмехнулась:

— Опять ты?

— Ну я. Пить нельзя? Кем стану? — протараторил он вопросы.

— Нельзя, чертенушка. Козленочком станешь.

А тому все равно стало — так пить охота, что все равно, в кого оборачиваться. Подошел к озеру, посмотрел на себя в водицу. «Ну и рожа, — подумал, — козленочком может даже лучше». И давай пить. Вода чистая, прохладная, но потихоньку, действительно, стал замечать, что морда белеет, шерсть кудрявится. Рожки и копытца, правда, практически такими остались, как были.

— Видишь, говорила тебе! — запричитала Аленушка. — Возись теперь с тобой, недоумок!

От обзывательств стало обидно, не без того. Зато напился и новый образ ему нравился немного больше чем чертячий.

— Пошли, — девушка надела на его шею платок и потащила за собой. — Сколько говорю: «Не пейте, идите до колодца!» А они гигиену не соблюдают и пьют прямо так. Ладно кипятить — про это уж не молвлю, — приговаривала Аленушка ворчливо.