Книга Настоящая фантастика 2012, страница 252 – Алексей Бессонов, Андрей Дашков, Степан Вартанов, и др.

Алик, как ни трудился, не углядел в его словах насмешки. После секундного колебания он отдал «экзорцисту» деньги, которые тот небрежно сунул в карман. Затем Человек На Черный День повернулся и направился к выходу.

— Эй, – Алик ошеломленно смотрел ему вслед. – А как же…

— Все будет нормально, – заверил его посетитель. – Разве вы ничего не замечаете?

И тут Алик понял, что дочка больше не кричит.

* * *

Следующие три месяца показались Алику раем и прошли очень быстро. Не то чтобы все стало легко и просто, но разница между жизнью «до» и «после» была неоспоримой.

Наконец наступил день возвращения благоверной. Она позвонила ему и сказала, что встречать ее не нужно, у нее для него сюрприз. Через несколько часов раздался дверной звонок. Алик открыл дверь. На пороге стояла его жена и держала за руку чернокожего мальчика. Наверное, это и был сюрприз. У Алика подкосились ноги.

— Здравствуй, дорогой, – сказала она. – А я не одна. Посмотри, кого мы с тобой усыновили.

«Мы с тобой? Мы с тобой?!»

Она легонько подтолкнула мальчика вперед:

— Познакомься со своим папой, Джордж.

Женщине на вид около сорока, возможно, чуть больше. Ощутимо нервничает, такие вещи мы определяем сразу. И даже не по резкому подергиванию уголков рта и не по дрожи в пальцах, а скорее по исходящим от нее флюидам. Делаю приглашающий жест, одновременно кивая на кресло.

— Здравствуйте, доктор, – говорит посетительница.

— Я не доктор.

— Простите.

Что ж, прощаю. Люди привыкли, что их недугами занимаются врачи. В том числе и душевными. К медицине, однако, я имею весьма отдаленное отношение.

— Ничего, – говорю вслух. – Вы уверены, что обратились по адресу? Возможно, вам к дежурной сестре. Как правило, женщины обращаются к сестрам.

— Я пришла из-за сына. Он… Простите, как все же вас называть? Понимаете, мне неудобно…

Я понимаю. Разумеется, называть меня вампиром ей неудобно. Им всем неудобно.

— Мое имя – брат Арчибальд.

Когда-то меня звали Артуром. В детстве. Так звала меня мама. А еще Артуркой и Артиком. Давно, до того, как у меня обнаружились вампирские способности и я вступил в братство, став Арчибальдом. Для сестер и братьев – Арчи. Иногда я ненавижу это имя.

— Спасибо, брат Арчибальд. Вы… вы поможете мне?

Вот опять. Еще до того, как ввести в курс дела. Что ж, мне это знакомо. Последний шанс, когда все другие исчерпаны, – обратиться к вампиру. Через себя, через «не могу».

— Вы знакомы с нашими правилами?

— Да, – говорит визитерша тихо, едва слышно. – Я знаю правила.

«Вампир имеет право отказать в сделке без объяснения причин. Вампир имеет право требовать в качестве компенсации ту цену, которую пожелает. При выполнении условий сделки вампир не обязан соблюдать нормы этики и общепринятой морали».

Три правила вампира. Ставшие притчей во языцех, когда речь заходит о нас. Я частенько задумываюсь над тем, за какое из них нас ненавидят больше всего.

— Слушаю вас.

— Мальчика зовут Алексей, Леша, – лицо у визитерши бледнеет, голос дрожит. – Он, понимаете… Он у меня единственный. Безотцовщина, я все ему отдала. Я…

— Пожалуйста, только по делу, – прерываю я. – Мое время ограничено и дорого стоит. Очень дорого.

— У меня есть деньги, – быстро говорит она. – Не очень много. Но я отдам все, что есть.