Книга Принцесса Диана. Самоубийство длиною в жизнь, страница 91 – Виктория Балашова

Год начался с поездки в знакомую уже Диане Австралию. С 25 января по 3 февраля пара опять старательно позировала перед фотообъективами и видеокамерами. В тот момент, когда они прибыли в Австралию, стало известно о беременности Сары, и эта новость заставила газетчиков сместить внимание с Дианы на жену принца Эндрю. Но Чарльзу и Диане тоже нашлось место. Репортеры, видимо, привыкнув к постоянной слежке за принцессой, по-прежнему отслеживали каждый ее шаг.

В программе пятого дня пребывания значилась поездка на старинном паровозе и на пароходе. В перерыве Чарльзу и Диане следовало еще и прослушать речи местной администрации, расхваливавшей туристические достопримечательности своего района. Чарльз, в отличие от жены, наслаждался жизнью, несмотря на страшную жару и влажность. На нем был костюм, рубашка с галстуком, но принц сначала бодро запрыгнул в головной вагон паровоза, усевшись рядом с машинистом, и дал сигнал к отправлению. Потом послушал речи, а затем на пароходе размахивал флагом и улыбался во весь рот. Сложно сказать, то ли восточные практики и беседы с Ван дер Полом пошли ему на пользу, то ли Камилла, к тому моменту, скорее всего, уже вернувшаяся в его жизнь, мысленно поднимала настроение, но Чарльзу даже жара была нипочем.

Диана, напротив, выглядела невесело – про такое выражение лица говорят «кислое». Она без особого энтузиазма забралась в вагон паровоза. Как выразился репортер, «это явно не то, о чем она мечтала с детства» (до этого Чарльз, радостно взбираясь в кабину машиниста, прокомментировал: это была моя мечта детства). Когда пара слушала официальные речи, в толпе собравшихся поглазеть на принца и принцессу начались обмороки: высокая влажность и жуткая жара действовали даже на «аборигенов», простоявших на открытом пространстве в течение долгого времени. Диане тоже было нехорошо. Чарльз заботливо спросил ее про самочувствие, она мотнула головой: мол, ладно, досижу как-нибудь. На пароходе прохлада немного улучшила состояние принцессы, но тем не менее находилась она отдельно от мужа – на втором пароходе, флагом не размахивала, не улыбалась, а грустно смотрела на воду.

По поводу той поездки в Австралию вспоминают и другой эпизод. В Мельбурне пара посетила музыкальную школу, в которой преподавал профессор, когда-то учивший принца Чарльза играть на виолончели. В воспоминаниях о Диане пишут следующее: «В Мельбурне Диана вновь превзошла Чарльза, блестяще сыграв на рояле Рахманинова, – Чарльз отказался сыграть на виолончели и в очередной раз упустил возможность показать себя в выгодном свете». Истинную картину можно посмотреть в телевизионном репортаже. Чарльз недолго отказывался сыграть и быстро уступил старенькому профессору. Принц уселся на стул и прилежно поводил смычком по струнам, выдавив из инструмента несколько нот. Потом профессор начал уговаривать Диану сыграть на рояле. Ей пассаж из Рахманинова удался лучше, но она резко перестала играть буквально через секунд двадцать. Профессор чмокнул ее в щеку, после чего Диана, покраснев и согнувшись в три погибели, чуть не побежала к выходу. Чарльз остался прощаться и пожимать руки…

Интроверсия? Да, Диана однозначно даже в 1988 году психологически и физически не справлялась с возложенной на нее ролью. Ей можно посочувствовать, но делать из принцессы героиню дня? Пожалуй, это большое преувеличение. Часто цитируют плакаты, которые вывешивали люди во время визитов пары. Чарльза называли «Ушастиком», так и писали: «Мы любим тебя, Ушастик». Наверное, успех жены, скорее, отражался на страницах гламурных журналов в виде красивых фотографий Дианы в очередном потрясающем наряде. Но среди толпы простых людей Чарльз не терялся на фоне жены. На плакате в Мельбурне было написано: «Диана, мы тебя любим и тебя, Ушастик, тоже». Даже если подобное прозвище и не нравилось Чарльзу, он к нему был вынужден привыкнуть за долгие годы…