Книга Ковчег Иуды, страница 13 – Андреас Грубер

— Вы из Санкт-Пёльтена? — спросил жандарм.

— Из земельного жандармского управления Вены, — спокойно поправила его Бергер и представила сначала Кёрнера, потом себя.

Жандарм цокнул языком.

— Фридль. Начальник поста в Грайне. Хотя… — он усмехнулся. — «Пост» — это, пожалуй, слишком громко сказано. Я один отвечаю за обе деревни. Подмогу прислали из Нойнкирхена. Это всего в пятнадцати километрах отсюда, так что ребята прибыли быстро. Местная полиция всё оцепила. Сотрудники прочёсывают территорию в радиусе пятисот метров.

Он помолчал и с любопытством посмотрел на Кёрнера.

— Это правда, что дом был заминирован, а вы голыми руками скрутили захватчика?

На миг Кёрнер лишился дара речи. Чего-чего, а этого он не ожидал. Похоже, теперь об этом знали уже все; история добралась даже до такой дыры, как Грайн.

— Расширьте радиус до тысячи метров, — холодно сказал он.

Жандарм переступил с ноги на ногу.

— Думаю, пятисот хватит. А если ничего не найдём, всегда можно…

Кёрнер шагнул к нему ближе и впился в него взглядом.

— Расследование ведёте вы?

Он не стал ждать ответа.

— И как вы потом расширите слишком узкую зону, не потеряв следов? Делайте, что вам сказано. Пока дождём всё не смыло.

Он обошёл жандарма, нырнул под жёлтую ленту и вошёл в бар. Бергер последовала за ним.

Первым делом он заметил, что в тяжёлой деревянной двери отсутствует замок. Его профессионально вынули из гнезда. Кёрнер ничего не тронул, лишь отметил это про себя.

Как он уже видел на фотографиях, внутри было тёмно. Пол состоял из засаленных досок, по которым, должно быть, пролились уже целые реки пива. Стены тоже были обшиты деревом. Под потолком тянулись тяжёлые балки, вокруг которых вилась гирлянда с лампочками, — вся эта кустарная обстановка, по-видимому, должна была создавать атмосферу дискотеки.

В помещении пахло не только пивом и застоявшимся сигаретным дымом, как на многих подобных местах преступления. В воздухе стоял ещё и металлический привкус крови.

Но и это было не всё. Над всем этим нависал резкий смрад тухлых яиц — как в сернистой лечебнице. От трупа такой запах исходить не мог. Трупы пахнут иначе.

— Уф, — простонала Бергер.

— Смотрите под ноги.

Кёрнер указал на проход, который криминалисты обозначили для следователей. В пол были воткнуты маленькие штифты, между ними натянуты шнуры. Бергер пошла следом, точно придерживаясь размеченного пути.

Они добрались до барных табуретов. Стойка вовсе не блестела чистотой: повсюду валялись подставки под пиво, а к дереву прилипли капли воска от свечей. Большое зеркало за баром зрительно удваивало пространство. С верхней конструкции свисали бокалы и дозаторы бутылок с бурбоном и Bacardi.

Подростком Кёрнер никогда не шатался по этому бару, хотя заведение существовало уже тогда. Сигареты, выпивка и женщины были для него под запретом. И теперь он понял, что ничего не потерял.

Миновав несколько деревянных колонн и балюстрад с афишами концертов и шоу, они вышли к танцполу. Тесную круглую площадку окружали столы и стулья, а за ней находился подиум для музыкантов.

На нём стояли электроорган, микрофонные стойки и колонки; по полу тянулись спутанные провода.

Базедов расставил вокруг танцпола прожекторы на штативах, чтобы залить светом каждый угол места преступления. Самого его видно не было. Из-за ширмы из алюминиевой фольги то и дело били вспышки. Очевидно, он уже добрался до трупа.