Книга Загадка этажа номер 12, страница 34 – Нин Ханъи

— Давай.

— Тогда достань говядину из морозилки. Я планировала сделать суп с яйцом и помидорами, но для твоего дебюта нужно что-то посерьезнее.

Сяотун кивнула, открыла двухдверный холодильник и начала искать мясо в нижней морозильной камере.

Она не собиралась думать о том, что здесь случилось. Но вид аккуратно нарезанных кусков мяса в морозилке вызвал в ее сознании непрошеные образы. Внезапная волна тошноты подкатила к горлу, желудок сжался спазмом. Едва успев прикрыть рот ладонью, она бросилась в туалет.

Ли Сюэли увидела, как Сяотун стремительно исчезла из кухни, и услышала звуки рвоты. Ошеломленная, она подошла к двери:

— Сяотун, что с тобой?

Гу Лэй ринулся к двери и стал стучать. Через минуту Сяотун вышла, бледная, с каплями воды на лице:

— Все в порядке… Просто внезапно поплохело.

— Только же все было нормально, что вдруг случилось? – обеспокоенно спросила Ли Сюэли.

Сяотун не знала, чем объяснить свое самочувствие, и лишь пробормотала:

— Ничего страшного, немного отдохну – и пройдет.

— Хорошо, присядь на диван, я принесу тебе сладкой воды.

Когда Сяотун села, Гу Лэй прошептал:

— Что с тобой?

Она лишь покачала головой и отвернулась, оставив вопрос без ответа.

Вернувшись на кухню, Ли Сюэли задвинула ящик морозилки. Перед тем как закрыть дверцу холодильника, она замерла – будто что-то осознала.

Резко повернувшись, она уставилась на Сяотун, сидевшую на диване. Взгляд Ли Сюэли, полный непривычной мрачности, задержался на ней на добрых десять секунд. Но почти сразу она овладела собой – выражение лица вновь стало безмятежным. Взяв немного сахара из банки в шкафу, она размешала его в теплой воде и поднесла стакан Сяотун.

Так вышло, что ужин в тот вечер Ли Сюэли помогал готовить Гу Лэй. Он порадовал соседей двумя фирменными блюдами, которые вызвали всеобщий восторг. Но хвалили Гу Лэя не только за кулинарные навыки – все за эти дни успели убедиться, что он идеальный мужчина и ответственный глава семьи: внимательный к жене, терпеливый с сыном и открытый в общении (особенно за столом с выпивкой). Словом, безупречный во всех отношениях.

Гу Лэю стало неловко от похвалы.

— Да перестаньте, я не заслуживаю таких комплиментов.

— Как это – не заслуживаешь? – жестикулировала Хань Лэй, подцепив кусочек еды. – Я же в ночном клубе работаю, там мужики – одни бабники и альфонсы. Надежного днем с огнем не сыщешь!

— Ну, серьезные мужчины в такие заведения и не ходят, – поправил очки Юань Дун.

Хань Лэй резко опустила палочки и повернулась к нему:

— Учитель Юань, давай проясним. Под «такими заведениями» ты что подразумеваешь?

— Э-э… Я не это имел в виду, – замялся он, понимая, что ляпнул. – Просто тех, кто ищет утех в клубах, вряд ли можно назвать примерными семьянинами. Это же противоречие по определению.

— Ищет утех? – Ван Синсин, проглотив кусочек еды, покачал головой. – Учитель Юань, это вы тонко и меня поддели. Я тоже частенько в клубах бываю – просто выпить, музыку послушать, расслабиться. Неужто я теперь какой-то развратник?

Хань Лэй ехидно добавила:

— В глазах учителя Юаня мы с тобой – люди «непутевые». Ты «ищешь утех», я – «распутная», мы оба завсегдатаи «таких заведений». Между нами и интеллигенцией настоящая пропасть!

Юань Дун вспыхнул, его лицо побагровело.