Книга Охота на Призрака, страница 73 – Александр Шичкин

— Душат со всех сторон. И мэр не гнушается свою копеечку урвать, которая, по факту ни фига не копеечка, а несколько мультов ежемесячно.

— Да ты чё, братан? Неужели в двадцать первом веке рэкет процветает? — сделал удивлённое лицо законотворец.

— Рэкет, — с усмешкой повторил бизнесмен. — На такой рэкет фиг кому пожалуешься. Нет защиты от вымогалова такого уровня, — развёл он руками и пошатнулся. Изрядная доза алкоголя давала о себе знать.

Даже сквозь пелену хмеля Роман Алексеевич понимал, что намечается что-то интересное и прибыльное.

— Как это нет? А я? У меня, между прочим, знаешь, какая покрышка в Кремле сидит? — Депутат взял за шею предпринимателя, притянул его ухо к себе поближе и что-то прошептал.

— Да ладно, — отстраняясь и выпятив глаза, с недоверием посмотрел бизнесмен.

— Дядька мой. Родной, — совершенно спокойно подтвердил Роман Алексеевич.

— И что, сможешь помочь мне? Избавишь от этих поборов? Я в долгу не останусь. Душат они меня, Ром. Вот где уже сидят, — постучал себя ребром ладони по горлу собеседник депутата.

— Конечно, помогу. Ты же братан мой теперь

Утро следующего дня было незабываемо ярким и запоминающимся для Романа Алексеевича. Ещё ни разу в жизни он не страдал таким диким похмельем. Охая и ахая, он кое-как добрался до умывальника. Голова была словно залита чугуном. Каждое движение отдавалось невыносимой болью. Остудив лицо прохладной водой, было принято решение проделать ту же процедуру со всей головой. Для этого необходимо поместить её под струю из-под крана. Предвкушая облегчение, депутат начал наклоняться. Но дикая боль и, внезапно возникшая, тёмная пелена перед глазами заставили отказаться от этого акробатического этюда. «Можно же просто намочить полотенце и положить его на лоб, приняв горизонтальное положение», — пришла гениальная по своей простоте и эффективности мысль. Трель телефона из комнаты прозвучала какой-то адской какофонией. Можно было бы доделать задуманное, проигнорировав назойливое пиликанье, но нестерпимая боль в голове и сильное раздражение из-за доносившихся звуков, выгнали Романа Алексеевича из ванной. Звонил «Антон керамогранит». Именно под таким именем был записан вчерашний братан-собутыльник.

Сняв трубку, Роман Алексеевич даже поздороваться не успел.

— Алло. Ром, здорово! Ты как там, живой? У меня с утра башка просто раскалывалась, — начал тараторить предприниматель. — Похоже, палёнку какую-то на фуршете вчера нам подсунули.

— Здорово, Антон, — только и успел вставить законотворец.

— Ты вчерашний наш разговор помнишь? Хотел уточнить вот… Это как, пьяный базар был или на тебя действительно можно надеяться? Я в долгу не останусь, братан. Отвечаю.

Вчерашний разговор депутат помнил в общих чертах. Ну, очень в общих.

— Дай мне часика полтора-два. Только проснуться пытаюсь. До умывальника даже ещё не дошёл. И башка тоже раскалывается.

— Хорошо. Тебе перезвонить или сам наберёшь, как очухаешься? — никак не мог угомониться Антон.

— Я сам наберу чуть позже, — ответил Роман Алексеевич и тут же сбросил звонок.

Такое панибратство коробило депутата. Но в голове уже начали зарождаться намётки плана, сулящего баснословные барыши. А действовать придётся через этого керамогранитного магната. Собравшись с силами и вновь совершив путешествие до ванны и обратно, Роман Алексеевич улёгся на диван с прохладным полотенцем на лбу. Становилось легче. Надо вспомнить детали вчерашнего разговора.