Книга Измена на Первом Курсе, страница 124 – Мира Лаверн

— Он не говорит прямо, что подделка, — заметила Яна.

— Оставляет возможность.

— Как всегда.

Следующий раздел:

«Публикация видеозаписи».

«Считаю вероятным, что распространение записи могло быть организовано Екатериной Зориной. Она располагала доступом к чату этажа, знала о существовании видео и была заинтересована в том, чтобы продемонстрировать агрессивное поведение Софьи Лавровой, одновременно представив себя пострадавшей».

Я почувствовала тошноту.

Видео помогало Никите.

Но теперь он приписывал публикацию Кате.

Не Гоше.

Не себе.

— У нас есть цепочка, — сказала Яна.

— Он напишет, что Гоша получил от Кати.

— Оксана передала.

— Но он может утверждать, что Катя попросила.

Я листала.

Так и было.

«Не исключаю, что Георгий Власов действовал по просьбе Екатерины или иных лиц, заинтересованных в эскалации».

Иных лиц.

Дальше появлялось моё имя.

«После прекращения отношений Екатерина Зорина и Софья Лаврова, ранее находившиеся в конфликте, начали обмениваться материалами и согласовывать позицию. Это позволяет предположить, что их действия направлены не на установление истины, а на совместное давление».

Я рассмеялась.

— Мы с Катей объединились.

— Ты встречалась с ней один раз.

— У него это союз.

Последние страницы были хуже.

«Софья Лаврова получила от Екатерины личную переписку, от третьих лиц — фотографию, от руководителя проекта — рабочие материалы. В совокупности это представляет собой сбор личной информации обо мне для публичного и институционального наказания».

Институционального.

Если комиссия рассматривала жалобу — я наказывала.

Если отвечала — собирала информацию.

Если молчала — признавала.

«Прошу комиссию учитывать, что бывшая партнёрша и девушка, с которой у меня произошёл кратковременный эмоциональный эпизод, теперь заинтересованы представить меня единственным виновником».

Кратковременный эмоциональный эпизод.

Зубная щётка.

Ночёвки.

Три недели.

Планы после фестиваля.

— Он вообще признаёт отношения с Катей? — спросила Яна.

— «Эмоциональный эпизод».

— Перед родителями она «просто общение», перед комиссией — эпизод.

Я дошла до требований.

Никита просил:

не принимать переписку без экспертизы; не считать Катю независимым свидетелем; проверить её возможную роль в публикации видео; рассматривать передачу материалов между мной, Катей, Лерой и Марком как координацию; исключить фильм из фестиваля до полного выяснения; не допускать публичного показа материалов, создающих негативный образ заявителя.

В конце:

«Не отказываясь от ответственности за недостаточно ясное прекращение отношений, я считаю, что действия Софьи Лавровой и Екатерины Зориной приобрели характер согласованной мести».

Недостаточно ясное прекращение.

Он даже теперь не признавал, что не расстался.

Просто объяснил недостаточно ясно.

Я закрыла файл.

— Нужно отправить Кате, — сказала Яна.

— Комиссия уже отправила всем приглашённым?

— Она ещё не подтвердила участие.

— Значит, могла не получить.

Я открыла чат.

Отправила документ без комментария.

Катя прочитала через минуту.

Ничего не писала.

Пять минут.

Десять.

Потом позвонила.

Я посмотрела на Яну.

— Отвечай.

Включила громкую связь.

— Да.

Катя дышала тяжело.

— Ты читала?

— Да.

— Это ложь.

— Какая часть?

— Всё.

— Не всё.

Она замолчала.

— Ты действительно проявляла интерес, — сказала я. — Знала обо мне. Инициировала встречи.