Книга Завтра, завтра, завтра, страница 216 – Габриэль Зевин

— Ты не первая, Дестини, кто это отметил. Ты права, и, думаю, будь у меня больше времени, я непременно развила бы сюжет. Однако порой разработчик вынужден создавать игры в строго определенных временных рамках. И тут не до жиру. А будешь стремиться к совершенству – и вообще ничего не сделаешь… Мазер был моим лучшим другом. Мы вместе росли. Вместе играли в игры. И помешались на безупречности. Мы считали, что можно пройти игру почти безошибочно: идеально быстро, набрав максимально возможное количество очков и не поступившись совестью. Не умирая. Не сохраняясь и не начиная заново. Мы резались в «Супер Марио» и перезапускали уровень всякий раз, когда не успевали подобрать золотую монетку или когда к нам прикасался Купа. Да, мы были совершенно чокнутыми, и да, у нас была куча времени. Однако мысль о достижении идеала гвоздем засела в моей голове и долго потом мешала мне в работе. Она ее просто парализовала… Что я хочу вам сказать: игры, которые вы создадите для семинара, окажутся бесконечно далекими от совершенства, и это – нормально. Однако это не значит, что вы должны работать спустя рукава. Приложите усилия, взорвите мне мозг. И помните: стремиться к идеалу необходимо, но главное – это работать. Несмотря ни на что.

Студент Джоджо, одетый в рваный свитер с эмблемой Кленбурга, поднял руку.

— Милый свитерок, – заметила Сэди, чирканув в списке «Джоджо из Кленбурга».

Джоджо затравленно кивнул, словно только сейчас заметил невесть откуда взявшийся на нем свитер или словно этот свитер натянули на него силой.

— Скажите, пожалуйста, как восприняли «Тебе решать» ваши одногруппники?

— Рада, что ты спросил, – усмехнулась Сэди. – Они возненавидели мою игру. А один из них даже ратовал за то, чтобы меня исключили из института.

— Почему?

— Ну, потому что людям не нравится, когда их обзывают нацистами. Так сказал мой профессор, и, думаю, он был прав. С тех пор я не пишу игры, где игроков клеймили бы нацистами.

Класс засмеялся.

— Ох, уже четыре часа, пора расходиться. До встречи через неделю. Джоджо, Роб, с вас первые игры. Перешлите их по мылу не позднее вечера воскресенья, чтобы мы все успели в них наиграться до следующего семинара.

Дестини замешкалась на последней парте и, когда все ее однокурсники покинули аудиторию, приблизилась к Сэди.

— Не возражаете? – спросила она. – Я хотела бы задать вам один вопрос, но не перед всем классом.

— Ничуть, – ответила Сэди. – Только давай поговорим по дороге. В пять мне надо забрать дочку у няни.

— У вас есть дочка? – поразилась Дестини. – Отпад. Я думала, разработчикам игр не до детишек: у них и так работы по горло.

— Ну, не настолько все плохо, – усмехнулась Сэди. – Кроме того, всю свою жизнь я была не только разработчиком, но и владельцем компании, поэтому…

— Поэтому все, что нужно, – это образовать собственную компанию?

— Точно. И переложить большую часть работы на чужие плечи.

— Позвольте вам признаться? Я так воодушевилась, когда узнала, что вы будете у нас преподавать. На нашем факультете женщин и цветных – капля в море. И я люблю все ваши игры, а не только «Итиго». Я во все играла. И разумеется, в «Церемониймейстера». Это полный улет. Я вообще считаю вас гением.

Они подошли к кабинету Сэди, на двери которого до сих пор висела табличка «Дов Мизрах».