Книга Преданная. Любовь и долг, страница 12 – Лия Султан

Не такая красивая, как я.

Не такая страстная, как я.

Не такая любящая, как я.

Но она - его жена. А меня он прячет. Я смирилась с тем, что на вторых ролях, но иногда злилась, плакала в подушку и мечтала, что однажды он проснётся и поймёт, что она — пустое место, а я — всё. Я мечтала, что он разведётся, и мы будем вместе, потому что с каждым разом я привлекала его всё больше.

Я не собиралась устраивать истерик. Я собиралась сделать так, чтобы он сам захотел уйти от жены и быть со мной. Я много читала, изучала и использовала это, чтобы он привязался ко мне.

Но потом грянул скандал со сливом «Списка Айки».

Я узнала о нём от девочки, которая тоже была в чате.

— Ясмин, там слили всё! Всех клиентов и девочек! Анвар в списке! Ты видела?

Я скачала файл, увидела его фотографию, имя, данные. Потом полезла в другой список с фотографиями девочек, но, к счастью, меня там не было, потому что я вовремя вышла.

Я испугалась за него, за нас, потому что если его жена узнает…

Анвар позвонил через час и чужим, жёстким голосом заявил:

— Нам нельзя пока видеться. Всё слишком резко полыхнуло. Надо подождать.

— Сколько? — спросила я, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

— Не знаю. Я позвоню.

— Я люблю тебя, — призналась в трубку. — Я буду ждать. Сколько нужно.

Он ничего не ответил. Просто сбросил, а я разбила вазу. Осколки разлетелись по паркету, и я собирала их на коленях, резала пальцы и плакала. Потому что поняла: он выберет её. Всегда будет выбирать её. Потому что она - статус, власть, репутация. Его отец никогда не допустит развода.

Прошло несколько дней, и он не выдержал первым.

«Буду через полчаса», — написал Анвар.

Никогда ещё так быстро не готовилась к встрече. Я знала, в чём его встречать. Черное шёлковое бельё - он его обожал. Те самые духи Tom Ford, которые он купил мне в Дубае, сказав: «Это твой запах, Ясмин. Никогда не меняй».

Я стояла у зеркала, поправляла волосы, когда замок снаружи пикнул.

Анвар вошёл и, не сказав ни слова, взял меня прямо у стены в прихожей, не раздевая, ни о чём не спрашивая. Быстро, жадно, почти зло. Я вцепилась в его плечи, в его волосы, царапала спину, шептала что-то бессвязное. Он кончил, уткнувшись лицом в мою шею, тяжело дыша.

Потом Анвар снял с себя пиджак и бросил на пол. Телефон выпал из кармана, упал на ковёр, а он даже не заметил. Или ему было всё равно.

Мы переместились в спальню.

Там мы сошли с ума оба. Долгий перерыв сделал нас голодными. Я не стеснялась и кричала так, что, наверное, слышали соседи. Стонала, шептала, что он только мой, что без него я умру.

Он был диким и нежным одновременно.

Когда всё закончилось, я лежала на его груди, гладила его потную кожу, слушала, как бьётся его сердце. Его запах стал для меня настолько родным, что хотелось плакать.

— Ты останешься? — спросила я еле слышно, боясь услышать ответ.

Анвар погладил меня по голове, зарылся пальцами в волосы.

— Нет. Мы завтра с женой и дочкой улетаем.

Закрыв глаза, я прикусила губу, чтобы не закричать. Не сейчас, не при нём.

— Сколько тебя не будет?

— Неделю. Может, дольше.

Я перевернулась на живот, не стесняясь своей наготы. Пусть видит. Пусть смотрит. Пусть запоминает, кого оставляет.

— Я понимаю, — прошептала я, стараясь звучать мягко и мудро. — Сделай так, как будет правильно для тебя. Я не хочу быть ещё одной проблемой. У тебя их и так достаточно.