Книга Преданная. Любовь и долг, страница 130 – Лия Султан

— Если на то пошло, у тебя нет права читать мне мораль, — перебиваю я, повышая голос. — Всю жизнь я поступал по совести и делал всё во благо семьи. Твоей в том числе. Когда ты изменял своей покойной жене, я знал об этом. Все знали. Но я молчал. Никогда тебя не осуждал. Не предавал. Ни разу. А сейчас, когда я наконец-то нашёл женщину, которую люблю, ты готов меня разорвать?

Мы уже почти кричим друг на друга. Касым краснеет, тяжело и учащённо дышит, и я вспоминаю, что он сердечник. Ещё одной смерти я не хочу.

В висках стучит кровь, но держу себя в руках.

— Ты хоть понимаешь, что это значит для семьи?! — качает он головой. — Для Аиши! Как отреагирует Анвар?

— Как отреагирует Анвар мне все равно. Он никто для Жанель, не забывай об этом. И не впутывай сюда Аишу, — жёстко говорю я. — Это наша с Жанель жизнь. Не твоя. Не Анвара. Наша.

Касым буравит меня яростным, разочарованным взглядом.

— А она? Она-то чем думает, ложась в постель с дядей бывшего мужа?

Я смотрю ему прямо в глаза.

— Я тебя не бью, потому что ты сердечник, — жёстко и грубо заявляю я. — Ты будешь уважать её впредь, потому что она станет моей женой. Нравится тебе это или нет.

Касым молчит несколько секунд, потом выплёвывает с горечью:

— Моя внучка никогда не назовёт тебя отцом. Даже не надейся.

Я киваю спокойно и твёрдо.

— Я этого не жду и не собираюсь занимать место Анвара в жизни Аиши. Я просто хочу быть с Жанель.

Брат всё ещё горит, его безумные глаза налились кровью, а руки трясутся от гнева. Он понимает, что разговор бессмысленный и я не собираюсь отступать.

— Мы поговорим, когда ты успокоишься, — решаю первым поставить точку на сегодня. — Ты должен понять, что я не буду жить в тех рамках, которые навязывает мне общество, ты или кто-то еще. Если я полюбил её, пусть она и твоя бывшая невестка, то я буду с ней.

Развернувшись, иду к двери. За спиной слышу тяжёлое дыхание брата.

— Тамерлан…

Я останавливаюсь, но не оборачиваюсь.

— Я всегда думал, что, если весь мир отвернётся от меня, ты останешься рядом. А теперь я смотрю на тебя и не узнаю, — говорит он уже тише, успокоившись. Но именно эти слова ранят сильнее всего.

— Позвони, когда остынешь, — прошу его на прощание.

Выйдя из кабинета, прикрываю за собой тяжёлую дверь. Секретарша боится поднять на меня взгляд и делает вид, что усердно печатает.

Всё, что надо, я сказал и не жалею ни о едином слове.

Я люблю своего брата, безгранично им восхищаюсь и никогда не предам. Он знает о моей ему преданности, знает, что ради него и с ним я пойду и в огонь, и в воду. И я действительно закрывал глаза на его поступки в прошлом, от которых страдала Батима. Когда-нибудь мне прилетит за это бумеранг. А может, уже прилетел.

Пусть Касым злится, кипит, говорит, что хочет. Я не отступлю, даже если придётся идти против всей семьи. Потому что впервые за долгие годы я выбрал не долг, а любовь. И эта любовь стоит того.

Глава 61

Я ждала этого момента весь день. Мама обещала приехать вечером, Аиша была в школе и вернулась только полчаса назад. Что я делала весь день? Да вроде бы занималась привычными вещами, но то и дело вспоминала Стамбул, думала о Тамерлане, закрывала глаза и пыталась воссоздать в памяти наши ночи и дни. Короткие и длинные одновременно. Как это было прекрасно.