Книга После измены. Я больше не верю в любовь, страница 15 – Ольга Дашкова

Передо мной стоял уже не тот восемнадцатилетний мальчишка, которого я оставила на перроне с букетом цветов. Это был зрелый мужчина тридцати шести лет, и годы пошли ему на пользу.

Широкие плечи под черной курткой, высокий рост, уверенная осанка. Лицо стало мужественнее, жестче, но все такие же правильные черты, те же темные волосы, тот же шрам на виске, который я заметила вчера в кафе.

Мужчинам годы идут, черт возьми. Они становятся привлекательнее, харизматичнее, увереннее в себе. А женщины... женщины просто стареют, особенно если жизнь не щадит их.

Но больше всего меня поразил его взгляд. В тех глазах, в которых я восемнадцать лет назад читала нежность, любовь, готовность ради меня на все, теперь не было ничего теплого.

Только холод. Ледяной, пронизывающий холод и что-то похожее на презрение.

— Снежана, – произнес он низким голосом, в котором не было ни удивления, ни радости. Только констатация факта.

Попыталась что-то сказать, но горло пересохло. Все, что я планировала, если мы встретимся – извинения, объяснения, попытки оправдаться – все вылетело из головы. Я просто стояла и смотрела на человека, которого когда-то любила больше жизни и которого предала самым подлым образом.

— Леша... – наконец смогла прошептать я.

— Алексей, – поправил он сухо. – Лешей меня уже давно никто не называет.

В этих словах было столько холода, что я поежилась. Он дал мне понять: между нами нет ничего общего, никаких воспоминаний, никакой близости. Я для него – чужой человек.

— Извини, – сказала, отводя взгляд. – Я не знала, что ты... что ты здесь.

— А где же мне еще быть? – в голосе прозвучала ирония. – Это мой родной город. В отличие от некоторых, я отсюда никуда не убегал.

Укол был точным и болезненным. Сжала руки на ручке тележки, чтобы они не дрожали.

— Я вернулась.

— Вижу, – он оглядел меня с ног до головы оценивающим взглядом. – Как дела в Москве? Муж, дети, успешная карьера – все, как мечтала?

В его вопросе была издевка, но я почувствовала и что-то еще. Любопытство? Или просто желание добить окончательно?

— Не очень, – честно ответила я.

— Жаль, – по тону было понятно, что ему совсем не жаль. – Значит, богатая столичная жизнь не принесла счастья?

Я молчала. Что я могла сказать? Что он был прав? Что я совершила самую большую ошибку в жизни, бросив его? Что теперь расплачиваюсь за все?

— Ну, удачных покупок, – сказал, обходя мою тележку. – Надеюсь, пребывание в родном городе будет недолгим.

И он пошел дальше, оставив меня стоять посреди магазинного, с разбитым сердцем и пониманием того, что некоторые ошибки нельзя исправить. Некоторые мосты, сожженные в юности, не восстановишь никогда.

После встречи с Алексеем в магазине я еле дошла до дома. Руки тряслись так сильно, что я не сразу попала ключом в замочную скважину. Его холодный взгляд, полный презрения, преследовал меня. А голос, который когда-то шептал мне признания в любви, теперь звучал как приговор.

Бросила пакеты с продуктами на кухонный стол и попыталась взять себя в руки. Нужно было отвлечься, занять руки делом, чтобы не думать о том, как больно ранили его слова. «Надеюсь, пребывание в родном городе будет недолгим» – эта фраза звучала в голове, как заезженная пластинка.

С остервенением принялась убираться в квартире. Мыла зеркала, двери, шкафы, все поверхности, выдраила ванную и туалет, сняла и перестирала все шторы. Физическая усталость должна была заглушить душевную боль, но получалось плохо. Мысли все равно возвращались к Леше... то есть, к Алексею, как он теперь себя называл.