Книга Раздраконь ректора, страница 90 – Анастасия Милославская, Рита Ардея

— Мирабелла? Девочка моя!

Я бросилась к ней и упала в тёплые, до боли знакомые объятия. Изабелла так сильно стиснула меня, что я поняла — она и сама не верит, что мы снова рядом. По щекам потекли слёзы, обжигая и застилая взор. Я почувствовала, что меня трясёт от всего, что произошло за сегодня. Но кто знал, что настолько сумасшедший день обернётся исполнением мечты?

Наконец мы с мамой разомкнули объятия, но глаз отвести не могли, так и стояли, сцепив руки и рассматривая друг друга. В глазах матери я тоже видела слёзы, хотя раньше с трудом могла представить, что она может плакать. Всегда сильная и собранная, сейчас она выглядела растерянной и уязвимой.

— К-хе, к-хе, — прокашлялся Зефир, настойчиво дёргая маму за длинную, покрытую заплатками старую юбку.

Изабелла нехотя опустила взгляд на енота. Он протянул лапки, напрашиваясь на руки.

Мама подняла фамильяра и прижала к себе, я смотрела на них и мне казалось, что я снова в детстве. Вот-вот войдёт отец и скажет, что он принёс яблочное варенье и чай стынет, пока мы тут возимся.

— Ты сильно поднабрал веса, — осуждающе произнесла Изабелла, словно бы взвешивая енота.

— Он много ест… — растерянно произнесла я.

— Наверняка выпечку, — ответила мама так же растерянно.

— Не хочу прерывать вашу семейную идиллию, — прокашлялся смущённо полуорк. — Но ещё немного и здесь будут десятки этих тварей. Нужно уходить.

— Соглашусь с вами, уважаемый, — произнёс мелодичным голосом золотоволосый дракон.

— Вы правы, — Изабелла вытерла слёзы и опустила енота на землю. — Нужно идти. Сейчас же! Но потом мы поговорим, как ты здесь очутилась, Мира.

Мамин взгляд стал суровым, она взяла мою руку в свою, слегка шершавую, но тёплую и потащила прочь. Я слышала позади кряхтение Зефира, которому явно не понравилось, что нужно бежать по неровному покрытию коры, но, когда нужно, он был довольно шустрым, так что я за него не волновалась.

Мы почти бежали, ловко маневрируя между зазубринами и небольшими возвышенностями. Вскоре я поняла, что становится слишком темно, я едва могла видеть что-либо перед собой.

— Я могу осветить магией путь, — шёпотом предложила я.

— Нельзя, — так же тихо ответила мама. — Они сразу сбегутся на свет. Потерпи. Скоро будем дома.

Дома? Я закусила губу. Что в таком месте может быть «домом»?

Я сильнее сжала мамину руку, она ответила таким же пожатием. Даже от этого простого жеста на глаза снова навернулись слёзы.

— Недолго осталось, — подтвердил мамины слова полуорк.

Мы продолжали путь уже в кромешной тьме, но мои спутники, очевидно, привыкшие к ней, чувствовали себя куда увереннее.

Послышался тихий скрип, меня завели в какое-то длинное помещение, похожее на широкую нору. Тут же полуорк произнёс странную фразу на незнакомом языке и на стенах постепенно стали светиться крохотные грибы, которые словно наростами покрывали пространство вокруг.

Я с удивлением осмотрелась — мы были будто в вырубленной в самом древе комнате.

— Фу-ух, — выдохнул золотоволосый. — Почти на месте.

— Тебе лишь бы отсидеться в безопасности, в то время как там снаружи творится одна Ехидна ведает что! — проворчал полуорк.

— Например, ведьмы с неба падают, — хмыкнула я.

— И еноты, — поддакнул Зефир.

— Мира, как ты попала сюда? — Изабелла повернулась ко мне слегка замедляя шаг. — Кто позволил тебе подойти к ведьминому кругу? Неужели ты стала членом ковена в таком юном возрасте?