Книга Нелюбимая жена. Хозяйка зимнего курорта, страница 80 – Рита Ардея

Были бы деньги.

— Счетовод мутный тип, – сообщила я. – Но похоже, в одном он не соврал: мы должны казне много денег.

Нам отчаянно нужны были деньги на восстановление поместья, но заплатить налоги, наверное, было важнее. Словно желая подтвердить мои мысли, Рич сказал:

— Корона могла закрыть глаза на неуплату, когда провинция подчинялась ей напрямую. Со своим аристократов же она никогда не забудет содрать положенную сумму.

— Когда обычно приезжают сборщики податей?

— В месяце хансинг, – лаконично ответил муж.

Чёрт. Придётся спрашивать у своих, когда вернёмся. Но Ричард неожиданно внимательно посмотрел на меня и вкрадчиво сказал:

— Через полтора месяца, Элен.

Неужели я выдала своё непонимание? Надо было учиться контролировать лицо. Увидев моё смятение, Ричард остановился и повернулся ко мне. Его большие ладони легли мне на плечи.

— Счетовод и городничий, Моника и король – в наших жизнях много лживых и опасных людей. Тем ценнее доверие. Наш договор изначально строился на том, что мы можем положиться друг на друга. Я не хочу подставлять спину тому, кто со мной нечестен, у меня непереносимость лжи. Скажи, Элен, есть ли у тебя от меня какие-то секреты, которые лучше бы обсудить сейчас, пока между нами не выросло недопонимание?

Слова Ричарда поразили меня, как гром посреди ясного неба. Неужели он догадался? Если это так, то не было смысла отпираться. Но если он говорил это просто к слову о том, что нас окружают лжецы, а я вывалю на него новость о своём происхождении, к которой он может быть не готов?

Как ни горестно было это признавать, Ричард мог быть жестоким и опасным с врагами. Что если бы он посчитал меня демоном из другого мира, как заведено здесь?

И всё же ловя внимательный взгляд мшисто-зелёных глаз я понимала, что Ричард не давал мне поводов в себе сомневаться. Я сокрушённо вздохнула, устало потирая переносицу.

— Тайны есть у всех, не всегда приятные, не всегда так просто ими делиться, – сказала я, жестом приглашая его идти дальше. – Я не перевожу стрелки, но ты ведь не рассказал мне всё о себе?

— В этом дело? Если ты считаешь, что я укрываю о себе важную информацию – спрашивай. Я открыт для диалога.

— Знаю, – кивнула я уныло. – Это самое трудное в нашей ситуации.

Ведь он был готов, а я – нет. Слишком свежим было воспоминание о том, как бесконечно преданная вчера служанка сегодня желала мне смерти, едва узнав, что я могу быть не её принцессой. Часть меня хотела немедленно признаться и снять груз с души, а часть боялась повторения этой истории.

Что скрывать, мои планы по Змеиному Пику уже никак не вместились бы в один год. Мне нужно было время, деньги и пространство. И Ричард. Рядом с ним я чувствовала, что мы как кусочки пазла: каждый способен прикрыть другого, ибо по иронии судьбы то, что было слабостями одного, у второго было сильными сторонами.

Но обнажать перед ним душу, рассказывать о своём прошлом и просить ответной откровенности означало бы, что мы не просто напарники, временно действующие вместе. Это сближало бы нас, и подобной близости с Ричардом я одновременно хотела и боялась.

В какой-то мере я боялась бы отвергнутой. Как с Андреем. Что если я неправильно понимала Рича? Что если я доверюсь ему, а он, получив от меня всю возможную помощь по поместью, выгонит год спустя? Что если, что если – от всех этих «если» гудела голова. Может, я просто не опомнилась после предательства, ведь один мужчина обещал быть мне опорой, а в итоге использовал и выкинул.