Книга Чайный дом драконьей леди, страница 30 – Рита Ардея

— Вы не понимаете, — Феликс качнул головой, грустно улыбнувшись. — То, что златоглазые способны родить ребёнка с драконьей кровью, это полдела. Союз дракона и златоглазой раскрывает силу и магический талант обоих.

— И что для этого надо сделать? — осторожно спросила я, не желая соглашаться с догадками, на которые меня уже наталкивали слова Феликса. Но он их подтвердил:

— Овладеть. Необязательно жениться. Главное — сорвать цветок невинности, и неважно, что будет с девушкой потом. Иные драконы… — он замялся, задумчиво провёл пальцем по дереву скамейки. — Не заботятся о том, чтобы остановиться на одной златоглазой. Девушка разделяет магию с драконом лишь раз, дракон же волен увеличивать свою силу, снова и снова соблазняя новых златоглазых.

— Господи, — прошептала я, прижимая руку ко рту. — То есть я могу доказать, что невинна, если заявлю, что златоглазая. Но тогда…

— На вас откроется охота, Лидия. И не стану врать, единицы захотят видеть в вас будущую жену. Для таких, как Эрнест, а уж тем более для самого короля, вы станете просто способом увеличить силу.

— Что насчёт вас? — спросила я звенящим голосом. — Вы хотите больше силы?

— О нет, — он вдруг рассмеялся. — Мой дар чудовищен по своей сути. Я бы рад избавиться от него, уж точно не усилить.

— Что же плохого в абсолютной удаче?

Красивые губы Феликса снова скривились в унылой гримасе, которую я во всей красе рассмотрела вчера. Тут же захотелось напоить его чаем.

— Вы не сможете скрываться вечно, Лидия, — сказал он, резко меняя тему. — Но под защитой дракона другие не посмеют вас тронуть. Если мы заявим всему миру, что вы моя, вы будете в безопасности.

На душе стало грустно и пусто. Что же за дар такой, Малика, с которым мне не будет спокойной жизни?

— Я мечтала выйти замуж по любви… — пробормотала я обречённо, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Влюбиться в парня, а не выскочить за него, чтобы на меня не покушались его собратья. И чтобы он в меня влюбился, а не хотел заполучить меня, потому что мои глаза пробуждают в нём драконьи инстинкты.

— Вы были влюблены в Эрнеста? — с сочувствием спросил Феликс.

— Не знаю. Правда, мне он кажется таким кошмарным, почему я вообще с ним связалась? Кажется, моя жизнь превратилась в какой-то сюр, — всхлипнула я, пряча лицо в ладонях. — Я всё время была занята, и верила, что там, впереди, всё будет: и перспективы, и богатство, и своя жилплощадь, куда я увезу маму, и любовь. А в итоге что? Грязные слухи, дар, больше похожий на наказание, и коллекторы, которые скоро долг из папы придут выбивать.

— Мне кажется… — задумчиво протянул герцог, и я повернула к нему зарёванное лицо. Ну чтобы не забывал, за какой красоткой охотится. — Это всё решаемо.

— Например? — шмыгнула носом я. Феликс, поджав губы, протянул мне шёлковый носовой платок с вензелями.

В жизни ещё не приходилось сморкаться так роскошно.

— Мы знаем, как пресечь слухи, да и долги — точно не беда.

— От вас я денег не приму.

— Я могу одолжить их вашему отцу, если вам так будет проще. Если всё выгорит, своему тестю долг я прощу. Остаётся любовь, — Феликс призадумался. — Сколько вам надо, чтобы полюбить меня?

Взгляд его был чрезвычайно сосредоточенным, длинные ресницы оттеняли волшебные глаза, волосы, как и вчера, лежали в потрясающе небрежно-стильной манере. Кажется, вздумай он по-настоящему ухаживать за мной, я бы не смогла противиться долго.