Книга Шрамы седьмого чародея, страница 26 – Алессандра де Амальфи

— Как ты?..

«Слушала», – просто ответила она.

Ниррити ткнулась носом в мое плечо, торопя с ответом, но я глубоко задумался. С ней мне не скрыться. Виверну не оставишь в конюшне и не накормишь овсом, а если вернусь под крыло Гептагона, Кьяра не пустит ее на свою территорию. «Ей тут не место. Ателла – оплот надежды и мира, виверна – оружие войны», – наверняка скажет она. А я ответил бы, что в каждом доме должна быть только одна огнедышащая дама, вдвоем им не ужиться.

«Стой», – звучала она по-женски, хотя и низко, почти рычала. Умница, все схватывала на лету. Конечно, заговорить, как человек, не сможет, но рядом со мной обрела бы голос – и о такой паре ходили бы легенды, пели песни, слагали стихи. Только уж больно заметна спутница, а я… хотел спрятаться. И ничего у него не красть.

Я с усилием сделал шаг назад и повернулся к Ниррити спиной. Виверна со вздохом опустилась на землю.

Вслед донеслось тихое: «Скучать».

* * *

Вивиан вошла в комнату без стука, когда я безразлично рассматривал висящие в шкафу вещи. Забирать их не было нужды, да и ничего другого в этих покоях меня не держало, но я не преминул остаться в замке чуть дольше, чтобы обдумать дальнейшие действия. Получалось плохо.

— И куда это ты собрался? – буднично поинтересовалась Вив.

— Он меня прогнал.

— Пф, остынет, передумает! Ты же его…

— Не остынет, – мрачно перебил я.

Она подавилась воздухом, закашлялась. По лицу скользнула тень испуга. Вивиан несколько раз оглянулась, будто искала, за что зацепиться, но комната уже выглядела так, будто никто в ней и не жил, а потому оставаться здесь было незачем.

— Только твое хрупкое плечо не дает ему упасть, дорогуша, – произнесла она шепотом, словно от неловкости. – Что бы стало с ним без твоей помощи?

— Узнаем, когда у него закончится зелье.

Вив напряглась, ее ноздри раздулись. Золотые узоры засверкали на темной коже.

— И все? Вот так просто уйдешь? А как же…

— Пока не забыл, – перебил я намеренно, боясь услышать от нее что-то, что убедит меня в желании остаться. – Передай Тобиасу, чтобы прекращал поиски. В его помощи я больше не нуждаюсь.

Повисла долгая, тяжелая тишина. Вив нахмурилась, сложила руки на груди, будто ожидая, что я продолжу, а затем тихо спросила:

— Ты действительно ни к кому не привязываешься?

— Никогда.

Лжец, подлец и обманщик.

Я открыл портал прямо в шкафу и, перебравшись на ту сторону, потянул за собой одну из дверей. Послышался звук вонзившегося в дерево клинка. Вив всегда тянулась к поясу, когда злилась.

И почему жизнь чародея, не имевшего потребности даже касаться холодного оружия, была так тесно с ним переплетена?

Когда-то клинок с древними письменами и розоватыми отблесками на рукояти свел меня с семьей Миррин. Не зря Фабиан столь нелестно отзывался о дедушке. Тому хватило наглости лично прийти за оружием, которое он планировал вонзить в грудь Ариэллы, жены его сына, матери его внука. Старик мечтал о ее силе, думал, та убережет его от старости и гадкой смерти, а волшебный клинок позволит не иметь посредников – за продление жизни чародеи часто просили больше от года к году. Но тот был безделушкой, красивым кинжалом с богатой историей, и всего-то.

Однако в умелых руках и он мог быть полезен. Если обмен кровью сработал с виверной, почему бы ему не сработать с потомком богини – существом не менее редким и особенным, верно? Это я и намеревался проверить, находясь как можно дальше от Солианских островов и их вспыльчивого короля.