Книга Песня для разбитого сердца, страница 147 – Елена Барлоу

Алекс вернулся на своё место у стены и, сев под окошком, принялся крутить кольцо перед собой. Затем спрятал под рубашку, повесив на нить, вырванную из покрывала. В эту ночь он снова не спал.

Когда на следующий день вместо конвоиров к камере подошёл сам Джон Копли, его адвокат, Александр удивился. Он ожидал, что его уведут в Олд-Бейли, на слушание, но Копли сказал, что дело решено, а процесс — это условность для газетчиков.

— Так значит, приговор уже вынесен? — пробормотал Стоун безразлично.

— Именно.

Джон Копли смотрел на него сквозь дыры в двери очень строго и пристально.

— Послушай меня, сынок, и послушай внимательно. Я расскажу лишь единожды, а ты решайся. За твою голову боролись две стороны — противники Веллингтона и он сам. И только я и герцог знаем, что на самом деле произошло в том доме.

— Пожалуйста, Джордж не должен…

— Я в курсе, и не перебивай меня! Чтобы сохранить тебе жизнь, пришлось пойти на уступки. По итогам сего тебя не казнят, и твой брат в безопасности.

Алекс с недоверием встретил тяжёлый взгляд барристера.

— И в чём же подвох, сэр?

— Тебя высылают и лишают чина и всех привилегий. Газетчикам уже велено написать об убийстве лорда Эшбёрна и суде над главным подозреваемым, но твоё имя не упомянуто. Ты просто исчезнешь.

— А имущество? — Алекс отчаянно вжался в дверь. — Как же Фаунтинс-холл, сэр?

— Не беспокойся по поводу земельных владений. Веллингтон смог об этом позаботиться, и твоей супруге не нужно будет с ними расставаться.

— Вот как…

На короткий миг им овладела радость, но упоминание о Кейли повергло всё в то же болезненное отчаяние. Значит, так решилась его судьба. Не казнь, так ссылка? По взмаху чьей-то властной руки он будет где-то далеко. Если бы Кейли всё узнала…

— Сэр, о чём вы хотели, чтобы я размышлял?

— Об этой позорной высылке, сынок, — Копли снял цилиндр и судорожно утёр платком лоб. — Если не согласишься, тогда, увы! Здесь выход только на эшафот.

Значит, выбор всё же был. Александр натянуто улыбнулся, уперевшись лбом в холодную поверхность. Вот и всё, пути назад не было. Он сам к этому привёл и оказался здесь, потому что не поборол внутренних демонов. Да, они были чертовски сильными. И если бы не влияние Веллингтона, он перестал бы дышать уже совсем скоро. И никогда больше не смог вспомнить, как Кейли умеет улыбаться…

— Что я должен сделать? Что я должен подписать? — сорвалось с его иссохших губ прежде, чем Алекс подавил невесть откуда взявшуюся тоску.

Было слышно, как за дверью Джон Копли с облегчением вздохнул. Он сказал, что нужные бумаги предоставят, когда Александр покинет Ньюгейт. Но сначала нужно появиться перед присяжными. Весь процесс станет фальшью с заранее подготовленным решением.

— Держитесь, мистер Стоун. Скоро всё кончится.

Барристер кивнул, надев цилиндр, и ушёл, а Алекс вернулся к своей койке без сил и всяческих желаний, кроме как провалиться в долгий глубокий сон.

Конечно, никто не позволил Кейли даже приблизиться к зданию Олд-Бейли в день суда. Она умоляла сэра Джона Копли провести её в зал, где должно было пройти слушание, но барристер заверил, что процесс предполагался закрытый. Даже газетчики останутся за стенами, ожидать новостей после вердикта.

Но Кейли не желала оставаться в стороне. Она достаточно долго была в неведении, мало того, на единственное письмо, которое она написала мужу, ответ так и не пришёл. Стокер говорил, что оно было передано через надёжного человека, однако была вероятность, что Александру попросту не позволят написать ответ. Но что-то подсказывало Кейли — дело вовсе не в запретах. Оттого она чувствовала себя совершенно разбитой. За последние дни ей казалось, будто её и Алекса уже разделял океан.