Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
Смеяна сидела на полу, тихо поглаживала ладонью рысью шкуру, расстеленную на лавке. Ей очень нравилась эта шкура, но почему-то от вида ее наполняло тяжелое чувство близко ходящей смерти. — Как – купальский венок? – Варовит изумленно поднял белые брови. – У Заревника же ее венок… — И у Заревника. – Смеяна утвердительно тряхнула головой, не поднимая глаз. – Они надвое разорвали. Ну когда березку топили… Люди в избе тихо гудели, переглядывались, ухмылялись. Такое бывало, но надо же было случиться именно со Смеяной! — Говорите, люди добрые, какое вено хотите? – спросил Легота у Варовита. – Мы не поскупимся. И девка сама хороша, и слава о ней дорогая идет – она у вас и скотину лечит, и поля от сорной травы заговаривает. Нам такая невестка в род пригодится! Вот, говорят, княжич на новогодье невесту привезет. В один год с князем жениться – счастье! А мы своего счастья не упустим! — А коли ко мне завтра Перепела явятся, тоже с венком? – спросил Варовит. – Вот что, свашеньки. Ступайте к Перепелам да с ними потолкуйте. Если они отступятся, вам венок отдадут – сговору быть тут же. А не отступятся – решайте как знаете. Кто мне две половины венка покажет, тот и жених. — Это нам годится! – Легота мигом повеселел, встал с лавки, беглым взглядом поднял сына и внука, и все трое разом поклонились Варовиту и печи. – Ждите вестей да собирайте приданое в лари! А у нас уже и меды для свадьбы сварены! Проводив гостей за ворота огнища, Варовит вернулся в избу. Смеяна все так же сидела на полу и гладила ладонью рысью шкуру. — Что сидишь? – спросил Варовит. – Чего гладишь попусту – твое, не отнимут. Бери иглу да шей себе полушубочек – до Чернопольцев далеко ехать, зазябнешь по дороге. Жених старался, зверя в лесу следил! С этакой зверюгой сладить надобно суметь! Добрым мужем тебя Макошь наградит. Хоть и не по заслугам, да говорят ведь: блаженным счастье. — Ты что же, брате, уже все решил? – спросил Добреня. – А ты-то что скажешь, внучка? – Добрый дед посмотрел на Смеяну. Она медленно поднялась с пола, сгребла в охапку пятнистые шкуры, прижалась щекой к блестящему меху. Легота напомнил о том, о чем она старалась не вспоминать, – о скорой женитьбе княжича Светловоя. А раз он женится, ее светлый Ярила, зачем ей нужна воля? Зачем ей оставаться в девках, чего ждать? На что надеяться? Каждому когда-то приходит пора стряхнуть радужный туман пустых мечтаний и жить, как живут люди, работать, любить мужа, растить детей. Колос прорастает, убивая зерно, девушка идет замуж, умирая для прежней родни. Так заведено, на этом стоит мировой порядок… Смеяне было грустно, словно солнышко вдруг потухло, словно наступающая зима грозила стать вечной и никогда больше не пустить в мир весну и радость. Но Варовит не замечал, как погасло ее лицо, – он был доволен, что строптивая внучка не спорит с его решением. Может, хоть когда-нибудь она научится уважать старших! — А она молчит! – вместо Смеяны ответил Варовит. – И правильно. Потому как ее уже не спрашивают. Погуляла – хватит! * * * В поле бродил ветер, подбрасывал редкие соломинки. Казалось, совсем недавно этот простор покрывали свежие ростки, стремились к солнцу, обещали новый урожай – все было впереди. И вот уже рожь в овине, а на нивах – черная пустота, Зимерзла засевает их снегом, чтобы вырос снег. |