Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
Ласковым кивком простившись с Заревником, Звенила неспешно пошла в ворота огнища. Ее не заботило, что она скажет хозяевам. Разве мало служительниц Макоши ходит по огнищам, от одного рода к другому, помогая лечебными травами, снимая сглазы, не обращая внимания на границы племен? Все говорлинские племена – единый народ, почитающий одних и тех же богов. * * * — Макошь будь с тобой, кума! Не знаю я ничего, и не говори! – Бабка Гладина отмахивалась обеими руками, не желая даже слушать Овсянку. — Да как так – не знаешь? – недоумевала Перепелиха. – Был же у вас такой холоп, черный весь, вы его еще Грачом кликали. Был или нет? — Может, и был, а я знать ничего не знаю! Прости – корова у меня… Бабка Гладина устремилась в хлев, а Овсянка изумленно развела руками. — Пойдем у Варовита спросим, – сказала она Звениле. – Уж у него-то авось память не отшибло! Был же у них такой холоп, не примерещилось же нам всем! Я сама его сколько раз видела! И все со Смеянкой! Но и у Варовита две гостьи добились немного толку. Старейшина, правда, не притворялся, что у него отшибло память и он не помнит никакого холопа, но разговаривать об этом явно не хотел. — Ну, может, был такой холоп… – неохотно говорил он, отводя глаза и хмурясь. – Да только что-то мы его давно не видали… — Послушай, добрый человек! – принялась убеждать Звенила. – Он вам много вреда сделает! Ровная мягкая улыбка дорого ей стоила: ее колотила дрожь, даже подвески звенели. Почему они не хотят говорить о нем? Где он? Что они с ним сделали? Тревога томила и мучила Звенилу, как зубная боль. — Сына моего он сглазил! – горячо подхватила Овсянка, почти перебив ведунью. – Ты бы его видел, дед! Не ел, не пил, на белый свет не глядел! Уж мы его и водой, и словом, и кнутом – ничего не могло сглаза снять! Вот, Макоши спасибо, мудрая женщина нам помогла парня избавить! – Овсянка размашисто поклонилась Звениле и снова напала на Варовита. – И как вы не боитесь его на огнище у себя держать! Хоть он парень и здоровый, а все же зря! Перепортит он вам всех женщин, всех детей, всю скотину! Гоните его подальше! — Да уж нет его у нас! – с досадой повторял Варовит. – И не знаю я, где он, и знать не хочу! — Да не мог ведь он от вас уйти! – воскликнула упрямая Овсянка. – Ваши же бабы рассказывали – Велем на него такой науз наложил, что он с вашей земли нипочем не уйдет! Варовит досадливо вздохнул, кляня болтливых баб. А Звенила встрепенулась: так вот почему Баян не мог уйти сам! Но куда же они его дели? — Ты, дед, смотри! – начиная сердиться, пригрозила Овсянка. – Я ведь молчать не буду, нашим мужикам скажу! И Мякине скажу! Вам, может, серебра хочется, а нам не надо, чтобы он нам всех детей перепортил! Не знаешь, где он, – так наши сами придут поищут! — Да ты что, кума! – рассердился Варовит. – Полудянка тебе голову закружила! Да разве стал бы я дурного человека у себя прятать! У меня, чай, тоже дети есть, я из ума не выжил! Был он, говорю тебе, да нету! Не знаю я, куда его Смеянка задевала! — Так ты у Смеянки-то и спроси! – напористо подсказала Овсянка. – И вот что я тебе скажу, дед: кабы эта девка была моя, я бы ей водиться с холопом черным не дала бы! Она у вас и так непутевая, а он еще и ее сглазит – совсем пропадет! Вот как мой Заревник едва не пропал… |