Книга Медь в драгоценной шкатулке, страница 69 – Мария Архангельская

Дай бог, чтобы это случалось пореже.

Я никогда не забуду милости вашего величества.

— Тогда улыбнись.

Я послушно улыбнулась. И правда, что это я, словно не на свадьбе, а на похоронах.

— Хорошо. Я всё гадал, что мой сын нашёл в тебе. Должно быть, ты хорошо служила ему.

— Я старалась, ваше величество.

— Развлекала его рассказами о дальних странах? Я слышал, ты проехала через многие земли.

— Да, и это тоже, ваше величество. Его высочество с большим интересом расспрашивал меня о моей родине.

— Молодёжь любопытна… Кстати, как-то я зашёл к вам, и ты как раз рассказывала ему что-то смешное. Что-то про сводню.

— Это сказка о мудрой жене зодчего, — после короткого замешательства, которое понадобилось мне, чтобы вспомнить, о чём идёт речь, объяснила я. — Сводня там есть, но у неё далеко не главная роль.

— Тогда, может, расскажешь и мне? Я тоже не прочь повеселиться.

— Как пожелаете, ваше величество, — я глубоко вздохнула. — Когда-то давным-давно жил один зодчий, и строил он такие странные здания, что никто не хотел доверять ему постройку не то, что своего дома, а хотя бы сарая. И была у него жена, не только красавица, но и умница. И придумала эта умница, что если на родине никто не хочет иметь дела с её мужем, то ему надо попытать счастья в далёких краях. Ведь всем известно, что там всё не как у людей, так что хоть кому-нибудь странный дом да понравится…

— Приветствую её величество императрицу. Желаю её величеству процветания и благоденствия.

Признаться, я изрядно нервничала перед этой встречей. Императрица не может быть довольна новым браком своего супруга, который, очевидно, является для неё унижением. А в её возможностях испортить мне жизнь я не сомневалась. Но представление её величеству новой супруги было так же неизбежно, как и первая брачная ночь. Которая прошла… ну, скажем так, лучше, чем я боялась. Это нередко случается, что в нашем воображении всё выглядит куда страшнее, чем оказывается на самом деле. Император сделал верный ход, заставив меня рассказать забавную историю — к её концу я расслабилась и осмелела, а совместный смех всегда сближает. И удивить его величество мне тоже удалось — правда, не высокоумными рассуждениями, как Тайрена, а простой просьбой:

— Ваше величество…

— Да?

— Можно мне смыть всю эту пудру?

— Ты хочешь смыть пудру? Большинство моих наложниц скорее умрёт, чем выйдет ко мне без пудры и краски на лице.

— Она мне мешает, — призналась я. Я и в своём-то мире не была любительницей косметики, обходясь необходимым минимумом. А здесь я её просто побаивалась.

— Что ж, смывай, если хочешь.

В общем, брак состоялся и не вызвал у меня отвращения, что уже было хорошо. Моя новая личная жизнь… ну, её можно было охарактеризовать поговоркой: «старый конь борозды не портит, но и глубоко не вспашет». Его величество был ещё вполне крепок телом, хотя до пыла и энергии его сына ему было, конечно, далеко. Оно и к лучшему, если подумать.

Осталась последняя часть ритуала — поклониться императрице Эльм, и я наконец смогу отправиться в своё новое жилище. Как супруге мне полагался целый отдельный дом.

Её величество довольно долго продержала меня перед дверями, подтверждая мои опасения. Кажется, это была та самая комната, в которой я когда-то была представлена императрице в числе привезённых чжаэнами девушек. Когда же мне, наконец, позволили войти, я увидела на возвышении не только её величество, но и всех трёх старших жён, и ещё целую толпу народа вдоль стен. Императрица Эльм собрала их, чтобы меня смутить, или я льщу себе, и они пришли сами — из любопытства?