Книга Полёт феникса, страница 45 – Мария Архангельская

— Тигр-оборотень? — переспросил Тайрен. Я усмехнулась и качнула головой. Лисицей-оборотнем я уже была, но, видно это показалось недостаточно пугающе. И вот теперь я тигрица. Которая рыщет по ночам в окрестностях Таюня и жрёт припозднившихся путников.

— Ну, это уж слишком! — Тайрен резко поднялся, заставив отпрянуть наливавшую вино служанку. Я сделала жест рукой, и девушка выскользнула из комнаты. Разлить вино по чаркам я и сама могу. Или это сделает Кей. А императору под горячую руку лучше не попадаться.

— Похоже, настала пора укорачивать языки! Может, и вместе с головами!

— Укорачивать языки нужно было пару месяцев назад, — флегматично отозвался главнокомандующий Гюэ. — Теперь пора думать об укрощении массовых беспорядков. Которые вот-вот случатся от всех этих слухов про обрезающих волосы призраков. Люди уже сейчас собираются, шепчутся и строчат жалобы. Ещё несколько случаев, неважно, истинных или мнимых, и они кинутся к градоначальнику уже толпой. А тот придёт к тебе.

— Ну, это… — отмахнулся Тайрен. — Придёт и придёт. Пусть получше занимается своими прямыми обязанностями.

— Хочешь дать им понять, что тебе всё равно? Не лучшая тактика.

— А я должен лично бегать и искать призраков? Или тех, кто умеет есть зубы, но не язык?

— Напрасно ты так легкомысленно к этому относишься, — Кей действительно налил себе сам. — Слухи уже разбредаются из столицы по округам. Там народ суеверный, им, чтобы проникнуться, много не надо. А у офицеров, да и у гвардейцев в Таюне семьи. Если прибавить сюда слухи о тигрице… Боюсь, что возмущение против её величества может вспыхнуть с новой силой. Пока возмущаются двор и горожане, ты можешь этого не замечать. Но что будет, если возмутится армия?

Я прикусила губу. Старый страх, пережитый во время бегства из Таюня и, казалось бы, уже забытый, всколыхнулся с новой силой. Тогда ведь тоже всё началось со слухов. Кей прав, общественное мнение — это реальная сила, а ведь солдаты тоже люди, они — часть этого общества и подвержены всем предрассудкам и суевериям. И эта часть общества к тому же вооружена и неплохо организована.

Тайрен, уже начавший расхаживать по комнате, остановился, его кулаки сжались и разжались.

— У тебя есть предложения? — коротко спросил он, возвращаясь к столику.

— Да. Тебе во что бы то ни стало нужно сохранить благоволение войск. Двор бы тоже неплохо приручить, но ты и так с ним в глубокой ссоре, так что месяцем больше, месяцем меньше… А вот с армией нужно что-то делать уже сейчас.

— Что?

— Ты же собираешься в поездку по империи, так? И её величество тебя сопровождает? Посети заодно и крупные гарнизоны. Вместе с государыней-императрицей. И пусть она обратится к солдатам, не только к офицерам. Пусть будет щедра, милостива и приветлива, если её величество не затруднит такое обращение с простолюдинами.

— Её величество не затруднит, — быстро сказала я.

— Ты правда хочешь, чтобы императрица ходила по казармам? — Тайрен поморщился.

— Это лучше шёлкового шнурка, прости за прямоту. Надеюсь, я не пугаю вас, ваше величество.