Книга Переписать сюжет. Книга 1, страница 166 – Мария Архангельская

Гусунь и сам не заметил, как погрузился в свои невесёлые мысли, так что стукнувшая дверь застала его врасплох. В комнату вошли тот самый старший ученик главы и ещё двое.

— Иди с нами.

Гусунь вскочил. Сердце заколотилось, и он глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. Кричать он уже пробовал. Чтобы ни случилось, нужно сохранять хладнокровие, и в лучшем, и в худшем случае.

Его снова привели к дому главы. На этот раз внутрь заводить не стали — судилище, а что это именно оно, Гусунь не сомневался, происходило под открытым небом, рядом с прудиком. Юноша оглядел рассевшихся на садовых табуретках мастеров. Сам глава Ши, Ли Баовэнь, Ван Цинфэн, Син Гуйфэн… Ни Доу Сюя, ни Шэ Ванъюэ не было, хотя именно на них Гусунь рассчитывал сильнее всего: мастер Доу с его прямотой и правдивостью и мастер Шэ с её мудростью и жизненным опытом как раз могли захотеть докопаться до правды. Зато был мастер Хэн, ну как же без него — сидел себе по левую руку от главы и лениво обмахивался веером, словно его происходящее никак не касалось.

— Ученик И, — официальным тоном начал Ши Чжаньцюн, — ты обвинил одного из мастеров нашего ордена в преступлении.

— Да, глава, — Гусунь вздёрнул подбородок.

— Сейчас у тебя есть возможность взять свои слова обратно и рассказать, какие цели ты преследовал своим обвинением, а также кто тебя надоумил, если такой человек есть. Так ты сэкономишь всем нам время, и тогда я отнесусь к тебе снисходительно. Но если ты будешь упорствовать, то не вини меня за последствия.

— Я, Гусунь, не собираюсь отказываться от правды.

Ли Баовэнь и Син Гуйфэн переглянулись. Ван Цинфэн вздохнул.

— Прискорбно, — ни на кого не глядя, произнёс он, — что среди молодёжи встречаются подобные… экземпляры. Глава Ши, и вы ещё тратите на него время? Этого неблагодарного щенка нужно выкинуть из ордена с позором, объявив об этом всем — и то для него ещё будет милостью.

— Раз уж обвинение прозвучало, мы должны отделить истину от лжи, — не согласился глава Ши. — Шиди Хэн, что скажешь ты?

— Это просто смешно, — Хэн Линьсюань пожал плечами. — Не знаю, что нашло на этого ученика, если он решил, будто я способен предать своего главу и свой орден. Хочется верить, конечно, что юноша добросовестно заблуждается. Прошу главу проявить снисхождение.

— Я проявлю, если найду смягчающие обстоятельства. Что ж, ученик И, если брать свои слова обратно ты не хочешь, ты должен понимать, что нельзя бросаться обвинениями бездоказательно. Иначе… полагаю, какое наказание полагается за клевету, тебе известно.

— Да, глава. Но мои слова может подтвердить судья Кан.

— Какие именно? Судья Кан ни в чём не обвиняет Хэн Линьсюаня.

— Но я слышал!..

— Когда подслушивал?

— Да! — Гусунь вздёрнул подбородок ещё выше. Семь бед — один ответ.

— И что конкретно ты слышал?

— Что Хэн Линьсюань — дракон в обличье рыбы!

Упомянутый Хэн Линьсюань со вздохом закатил глаза и снова взмахнул веером.

— Вынужден тебя разочаровать — речь шла всего лишь о покупках лавке Се. Не знаю, что ты там себе нафантазировал. Никаких других обвинений судья не выдвигает.

— Но лавочник торговал не только вещами, он собирал сведения.

— И какое это имеет отношение к мастеру Хэну?

— Лавочник собирал сведения и о нём!

— Как и о всех прочих мастерах. За что он, без сомнения, ответит.